– Когда-то он был полон жизни: росли густые деревья, цвели сады, пели птицы. Теперь все это лишь воспоминание… – поежилась я, не в силах избавиться от дурного предчувствия, которое сжимало сердце.

– Вот мы и поможем ему возродиться, – довольно лепетала Хелена, крутя головой по сторонам. – Почему штурман не сдует туман полностью?

– Чтобы туман перешел на соседний остров? – повернулась я к соседке. – Любое Преобразование несет последствие…

– Какая ты скучная, – протянула Хелена. Она прошла вглубь палубы, а я осталась на носу корабля.

Мы подходили все ближе и ближе, и вот уже показалось очертание столба, установленного как напоминание о дне Скорби, символа забвения и горечи. Шестой остров, лишенный жизни, света и тепла, ожидал нас, тех, кто собирался напитать его и возродить. Черные скалистые берега, обтесанные волнами и ветрами, выглядели обветшало, местами покрылись темным грязным мхом – той крупицей жизни, которая постепенно возвращалась на остров.

«Это обычная практика… почти обычная, – успокаивала я себя. – Ну что может произойти такого ужасного? Кто-то подвернет ногу? Наши попытки подпитать остров окажутся безрезультатными и мы получим выговор за практику?»

Когда мы наконец пришвартовались, все поспешили сойти на берег, окутанный могильной тишиной. Мрачные тени сочились по скалистому берегу, и, казалось, они наблюдали за нами. Влажный холодный ветер завывал.

– Милгын, ты идешь? – окликнула меня с берега Люнея.

– Иду.

Я медленно спускалась по трапу и старалась не смотреть на острые камни подо мной, окутанные тенями. Единый океан бушевал, даже вода вблизи острова выглядела угрожающей. Волны, накатывающиеся на берег, с гулом бились, шипели и бились вновь.

Когда я ступила на мелкую гальку, перемешанную с обломками камней, сердце забилось быстрее, а кожа покрылась мурашками.

– Что с тобой? – шепнула мне подруга.

– Не знаю… опасно здесь.

– Вы очень впечатлительны, – подошел к нам Ван Ривьян. – Итак, последовательность действий такая: разбиваем лагерь, отсыпаемся, с утра к столбу и на осмотр острова. Все ясно?

– Все, – ответили мы хором, хотя ясно было далеко не все.

– А где мы разобьем лагерь? – спросила Люнея.

– Мы не брали с собой палатки, – нахмурился Грон.

– Я не хочу спать на земле, – нахохлилась Фена.

– Когда мы сможем размяться и полетать? – потянулся Рамс.

– Отставить разговоры, – скомандовал Уэл Сэл. – Взяли по поклаже и за мной. Живо!

– Карни точно обрадуется, когда мы ей расскажем все это, – надулась Люнея, чьи планы на романтическое путешествие стремительно скатывались к нулю.

– Не логичнее ли было заночевать на корабле? – с тоской посмотрел на воду Пеки.

– Еще одно слово и будете спать на голой земле, – навис над ним Уэл Сэл.

Пеки испуганно схватил первую попавшуюся сумку и потрусил за командиром. Ночевать на земле никому не хотелось, поэтому возражений не нашлось.

Солнце полностью скрылось за горизонтом, и остров канул во тьму. Освещая дорогу вулканическими камнями, мы пробирались вглубь острова к его равнинной части, лежащей под пологим склоном.

– Остановиться! – скомандовал Уэл Сэл. От неожиданности мы затормозили не сразу и врезались друг в друга. – Разбиваем палатки. Вы, – забрал он у нас четыре сумки, оставив только две оранжевого цвета, – спите вместе.