Изменить размер шрифта - +
И он полный дурак, если думает, что сможет сейчас жить с одной женщиной. Или сможет в будущем.

   Или осесть на одном месте.

   Через полчаса Джейс вышел на веранду, где, глядя на звездное небо, в кресле-качалке сидела Элисон. На нее лился лунный свет, отчего Элисон казалась сотканной из эфира.

   Мечта, далекая, как Полярная звезда.

   — Мы можем укладываться, — произнес он резко. — У меня есть запасные простыни в шкафу. Если хочешь, возьми подушку из своей спальни.

   Она оглянулась на него, но всего лишь на миг, и поднялась.

   — Я вернусь через минуту. — И исчезла в доме.

   Он почувствовал себя расстроенным — между ними появилась преграда. И все из-за поцелуя. Может быть, утром они забудут о нем.

   Вот только бы дожить до утра.

   Спустя некоторое время Элисон вошла в гостиную в ночной сорочке и халате, держа подушку под мышкой. Джейс тяжело сглотнул.

   Единственное, о чем он мог сейчас думать, это как бы развязать на ней пояс, спустить с плеч рубашку и целовать обнаженную шею.

   Она расстелила простыни на диване, села и стала ждать, когда Джейс удалится в ванную и она сможет снять халат.

   Когда он снова вошел в гостиную, она уже лежала, натянув простыню до плеч.

   — Не бойся разбудить меня утром. Обычно я рано просыпаюсь, — прошептала Элисон.

   Он расстелил спальный мешок на полу в метре от дивана. Опустившись на пол, он вытянулся во весь рост и, опершись на локоть, повернулся к Элисон.

   — Какие у тебя планы на завтра?

   Завтра суббота, но он все равно работает.

   — Нет у меня никаких особых планов. Могу просто поколесить вокруг. Мне хотелось посмотреть Альбукерке, но нет карты города.

   — Хочешь, свожу тебя туда в воскресенье?

   Посмотрим достопримечательности.

   — Уверен, что тебе это надо?

   — Не было бы надо, не предлагал бы. И хочешь — верь, хочешь — не верь, но в Альбукерке есть места, которых я сам еще не видел.

   — Тогда с удовольствием. Один раз съезжу с тобой, потом сама буду, ездить.

   Ему совсем не понравилась мысль о ее самостоятельных поездках. Что-то он не припоминал, чтобы она так пеклась о своей независимости, пока была замужем за Дейвом.

   Элисон не смотрела на него. Она дотянулась до настольной лампы рядом с диваном и выключила свет.

   В темноте Джейс неотступно ощущал ее близость: вытянешь руку — и коснешься.

   — Знаешь, Джейс, если ты обычно куда-то ходишь по субботам вечером, я не хочу… нарушать твои планы никоим образом. Я всегда смогу развлечь себя.

   — Завтра у меня длинный рабочий день, не меньше чем до семи, поэтому нет никаких планов, — Я могла бы приготовить ужин.

   — Как хочешь.

   Ему не хотелось привыкать к ее присутствию, привыкать возвращаться домой к ужину.

   Он не хотел привыкать ни к чему, что было связано с Элисон Роудс, потому что она все равно вернется к своей жизни в Виргинии.

   Откинувшись на спину и заложив руки за голову, он подумал, что его ждет очень долгая ночь.

   У Элисон было легко на сердце, когда Джейс вез ее в Альбукерке в воскресенье. Суббота прошла спокойно. Пока Джейс был на работе, она почитала, посидела во дворе, поспала днем, потом приготовила цыпленка на вертеле в духовке. К цыпленку она подала салаты, а на десерт они доели крем из малины.

Быстрый переход