Я подошел к ним.

— Доброе утро, коллеги.

— О! — Дубов обернулся, и его усы дрогнули в улыбке. — А вот и наш пропавший без вести! Виктор, ты припаздываешь. Совсем заспался? Или вчерашние «семейные дела» затянулись до утра?

— Можно и так сказать, — уклончиво ответил я, пожимая руки. — Событий было много, умаялся. Потом расскажу, если будет повод.

— Повод будет, — уверенно заявила Виктория. — Мы все пройдем. Я в этом не сомневаюсь.

— Мне сегодня всю ночь снились кошмары про этот тест. Будто я вместо ответов пишу рецепт борща, а комиссия смеется, — сказала Мария. — Мне бы твою уверенность.

— Борщ — это тоже искусство, Маша, — философски заметил я.

В этот момент свет в зале мигнул и стал ярче. Разговоры мгновенно стихли.

На кафедру поднялся генерал.

Он выглядел так, словно и не уходил отсюда с позавчерашнего дня. Тот же мундир, та же идеальная осанка, то же непроницаемое лицо сфинкса.

Генерал положил перед собой папку, открыл ее и обвел зал тяжелым взглядом.

— Рад всех приветствовать, — подал он голос. — Надеюсь, выходной день пошел вам на пользу.

Он сделал паузу.

— Итак, мы подвели итоги второго этапа. Работы проверены, баллы подсчитаны. Сразу скажу: уровень подготовки у вас действительно высокий. Но, к сожалению, не все справились с давлением и жесткими рамками тайминга.

Генерал перевернул страницу.

— Сейчас начнется оглашение результатов. Процедура проста и, возможно, жестока, но такова жизнь. Я буду зачитывать фамилию. Если я называю ваше имя и фамилию — вы остаетесь. С тезками и однофамильцами будет озвучено отчество. С тезками однофамильцами с одинаковым отчеством, что тоже случалось, будет озвучена дата рождения. Если говорю, что вы не прошли…

Он не договорил, но все и так поняли.

— Прошу соблюдать достоинство и молча покинуть стены нашего пансионата. Трансфер до вокзала и аэропорта уже организован, автобусы ждут у выхода.

По залу пробежал холодный ветерок. Это напомнило мне студенческие годы.

Деканат. Сессия. Толпа студентов у стенда с результатами. Сердце колотится в горле, ладони потеют. Ты ищешь свою фамилию в списке «на стипендию» или, что хуже, в списке «на отчисление». Эх, ностальгия. Правда теперь ни ладошки не потеют, ни нервной дрожи нет. Там была стипендия, здесь же карьера и репутация.

— Начнем, — произнес генерал. — Список составлен в алфавитном порядке.

— Абрамов Николай. Прошел.

В толпе кто-то облегченно выдохнул.

— Аверин Сергей. Прошел.

— Агапова Елена. Не прошла.

Женщина в строгом костюме, стоявшая неподалеку, побледнела, закусила губу, но сдержала слезы. Она резко развернулась и, цокая каблуками, направилась к выходу. Никто не смотрел ей вслед. Все слушали.

— Белов… Прошел.

— Борисов… Прошел.

— Виноградов… Не прошел.

Череда фамилий тянулась бесконечно. Это была пытка ожиданием.

— Гладков… Прошел.

— Громов Виктор… — генерал сделал едва заметную паузу, подняв глаза от листа. Он нашел меня взглядом в толпе. Его лицо осталось бесстрастным. — Прошел.

Я выдохнул, хотя и не сомневался, но услышать это официально было приятно. Дубов хлопнул меня по плечу.

— Молодца, граф!

Список продолжался.

— … Дубов Дмитрий. Прошел.

Барон картинно поклонился воображаемой публике, расправляя усы.

— … Елизарова Мария. Прошла.

Маша закрыла лицо руками, пряча облегчение.