Владимир кивнул и направился в указанном направлении.

Цех поражал воображение. Это была словно не мастерская, а операционная. Белоснежные полы, яркий, но не слепящий свет, идеальная чистота. Никаких масляных пятен, никаких гор ветоши. Механики в чистых комбинезонах работали молча и сосредоточенно.

Владимир огляделся. В глубине зала, у большого рабочего стола, стоял мужчина лет сорока. Он что-то отмечал в планшете, периодически поглядывая на подъемник, где висел серебристый спорткар.

Следователь направился к нему.

Мужчина заметил его приближение, но не проявил ни беспокойства, ни особого интереса. Он спокойно отложил планшет и взял в руки тряпку, чтобы протереть и без того чистые ладони.

— Добрый день, — произнес Владимир, подходя вплотную. — Сергей Владимирович?

— Он самый, — спокойно ответил мастер. Голос у него был ровный, уверенный. — А вы, простите?

Владимир снова раскрыл удостоверение.

— Старший следователь Брицкий Владимир Арсеньевич, МУР. Пару вопросов, если позволите.

Сергей скользнул взглядом по красной корочке, затем посмотрел в глаза следователю взглядом уставшего человека, которого отвлекают от дела.

— Спрашивайте, — кивнул он, продолжая машинально протирать руки. — Если это касается клиентов, то сразу предупреждаю: конфиденциальность у нас в приоритете. Без официального запроса…

— Без официального запроса мы просто беседуем, — мягко перебил его Владимир, убирая документ. — Я ищу одну машину. Черный седан, марка «Имперор». Возможно, поступал к вам в ремонт вчера или сегодня утром.

Лицо Сергея оставалось непроницаемым. Ни один мускул не дрогнул.

— У нас десятки машин каждый день, Владимир Арсеньевич. И «Импероры» в том числе. Марка популярная, ломаются, бьются, на ТО приезжают. Я всех и не помню.

— Эта машина особенная, — Владимир понизил голос, доверительно наклоняясь ближе. — Повреждения специфические — множественные пулевые отверстия. Разбитые стекла. Возможно, замена стекол на бронированные.

Он внимательно следил за реакцией мастера. Зрачки? Дыхание? Движение рук?

Ничего. Сергей лишь слегка пожал плечами, бросив тряпку на стол.

— Пулевые? — переспросил он с легким удивлением, которое выглядело вполне натурально. — Не припомню такого. Мы все-таки сервис, а не полевой госпиталь. С такими повреждениями обычно сразу полицию вызывают, а не к нам едут.

— И все же, — нажал Владимир. — У меня есть информация, что к вам приехала крупная партия бронестекол именно под эту модель.

— Заходила, — легко согласился Сергей. — И что? Мы обслуживаем ВИП-клиентов. Люди хотят безопасности. Бронирование — популярная услуга. Мы ставим стекла на три-четыре машины в неделю.

Он развел руками, словно извиняясь за то, что не может быть полезен.

— Если вам нужен какой-то конкретный автомобиль, спросите на регистрации по госномерам или VIN-коду. Девочки на ресепшене посмотрят базу. Мы обязательно посодействуем, если будет официальный запрос.

Владимир мысленно чертыхнулся. Крепкий орешек. Не колется, не нервничает, отвечает гладко, как по писаному. Либо он действительно ничего не знает, либо профессионал высочайшего класса, который умеет держать язык за зубами.

А номеров-то у Владимира и не было.

— Хорошо, — сказал следователь, отступая на шаг. — Спасибо за содействие. Разрешите осмотреться? Просто пройдусь по цеху, гляну на машины в работе. Вдруг опознаю визуально.

Сергей снова пожал плечами, его лицо выражало полное безразличие.