– Истинная правда.

– А где и когда ты сделал свою самую большую ставку?

– Вы действительно хотите услышать об этом? – Слова эти О’Грейди произнес с видом человека, которому можно заткнуть рот, лишь вырубив его ударом свинцовой трубы по голове.

– Потому и спрашиваем, – ответил за всех Макс.

О’Грейди прошел к стойке, повернулся лицом к аудитории.

– Тогда, пожалуй, я вам расскажу.

ВЕЧЕР, КОГДА СТАВЛЮ‑ПЛАНЕТУ О’ГРЕЙДИ ВСТРЕТИЛСЯ С ЭДДИ ВЫСОКИЕ СТАВКИ

Почти что пять лет (начал О’Грейди) люди пытались усадить меня за один карточный столик с Эдди Высокие Ставки, который считался лучшим игроком в карты во всем звездном скоплении Белладонна. Был момент, когда два банка соглашались субсидировать меня на очень крупную сумму, и, я слышал, что один корбелианский принц обещал Эдди компенсировать его проигрыш, если б такое случилось.

Однако мы никак не могли встретиться. Он потратил почти три месяца, чтобы поставить на место выскочку по имени Флеш Нижняя Вольта, а когда освободился, я уже участвовал в игре на звездную систему Уиллоби, которая затянулась на десять недель.

Наконец как‑то утром я получил от него приглашение:

Эдди Стронгбоу Высокие Ставки сочтет за честь считать Ставлю‑Планету О’Грейди своим гостем, если последний соблаговолит прибыть на планету‑казино Монте‑Карло IV. Все расходы, за исключением карточных проигрышей, будут оплачены хозяином.

– Вы полетите со мной? – спросила молодая женщина, доставившая мне приглашение.

– Да, почему нет? – Решение я принял мгновенно. – Если уж нам предстоит решить, кто из нас лучший, почему бы не позволить вашему боссу оплатить мои транспортные расходы и выпивку.

– Он надеялся, что вы примите такое решение, сэр, – ответила она.

– Между прочим, а где находится эта Монте‑Карло IV?

– Неподалеку от Малого Магелланова Облака, – последовал ответ. – Мистер Стронгбоу выиграл звездную систему Кромвель и несколько месяцев тому назад официально переименовал ее. Позволите помочь вам собрать вещи?

Я похлопал по карману, в котором лежал мой бумажник, и по другому, с приносящими удачу игральными костями.

– Все необходимое при мне.

– Может, возьмете с собой что‑нибудь из одежды? – предложила она.

– Новую одежду я куплю на Монте‑Карло IV. Все равно платит ваш босс.

Она пожала плечами и повела меня к своему кораблю. В экипаж входили еще три женщины и звались они Королевами Червей, Бубен, Треф и Пик, хотя, по правде говоря, я так и не понял, кто есть кто. Думаю, они меняли имена каждые несколько часов, чтобы запутать меня.

Путь до Монте‑Карло предстоял неблизкий, поэтому я воспользовался камерой Глубокого Сна, и они разбудили меня за час до прибытия. После Глубокого Сна мне всегда хочется есть, оно и понятно, в ней обмен веществ лишь замедляется, но не останавливается, так что калории продолжают расходоваться, поэтому я с жадностью набросился на еду.

Только успел перекусить, как корабль приземлился и меня тут же доставили в пентхауз самого большого, самого сверкающего отеля планеты. С шестью спальнями, три уже с женщинами, восемью или девятью ванными комнатами, множеством каминов и головизоров, двумя набитыми бутылками барами, роботом‑барменом (не такой дружелюбный, как Регги) и даже библиотекой с настоящими бумажными книгами, а не пленками, дисками и кубиками‑кристаллами. Конечно, я бывал в пентхаузах и получше, но в Монархии, а не за ее пределами.

Только я успел оглядеться и познакомиться с женщинами, как появилась Королева Червей (а может, Бубен) и сообщила, что мой хозяин ждет меня внизу. Я пожелал дамам спокойной ночи и последовал за ней.