– Ты же не видел ее сорок три года, – заметил Макс. – Ее волосы могли поседеть, она – поправиться или похудеть на тридцать – сорок фунтов, и, уж конечно, она будет в другой одежде. Так что лучше назови нам те ее приметы, которые практически наверняка не изменились. Почему бы тебе не начать, скажем, с ее роста?

Джонс нахмурился, пробежался пальцами по густым, всклоченным седым волосам.

– Даже не знаю… – Потом коснулся указательным пальцем носа. – Думаю, вот здесь была бы ее макушка.

– Хорошо. Теперь перейдем к имени.

– Пенелопа, – ответил Странник Джонс. – Прекрасное имя, Пенелопа. Такое поэтичное.

– А второе? Которое теперь вместо фамилии?

Джонс пожал плечами.

– Понятия не имею.

– Один момент, – нахмурился Макс. – Ты искал ее сорок три года и даже не знаешь ее полного имени?

– Разве роза пахла бы не столь нежно, если б звалась по‑другому? – обиделся Джонс.

– Ты прав, но найти ее было бы проще, если бы ты говорил людям, что ищешь розу, – раздраженно бросил Макс. – Ладно… что ты вообще о ней помнишь?

– Мне ничего не нужно о ней помнить, – ответил Джонс. – Я знаю о ней все, что нужно знать.

– Кроме имени и местопребывания, – уточнил Макс. – Где ты с ней встретился? Где видел в последний раз?

Джонс смутился.

– Я никогда с ней не встречался, – наконец выдавил он из себя.

– Ты сорок три года ищешь женщину, которую никогда не видел? – недоверчиво спросил Макс.

– Судя по твоему голосу, ты думаешь, что это какая‑то блажь, но ты ошибаешься!

– Об этом забудь. – Макс попытался зайти с другой стороны. – Должно быть, это выдающаяся женщина, раз ты разыскиваешь ее всю сознательную жизнь.

– Такого я сказать не могу.

– Ага… Похоже, я чего‑то не понимаю. Может, ты объяснишь?

– Все дело в одной поэме.

– Поэме?

Джонс закрыл глаза.

– Она заканчивается вот такими строками:

Где‑то там, за морями,

Светлоокую я найду Пенелопу,

Поцелуями губы покрою горячими,

На главу возложу цветочный венок.

Он помолчал.

– Как только я прочитал эти строки, так сразу понял, что где‑то там меня ждет Пенелопа, и я должен ее найти.

– А если ее зовут Гертруда или Беатрис? – спросил Макс.

– В поэме сказано – Пенелопа.

– В поэме также сказано, что поэт ее и найдет.

– Поэт мертв уже семь тысячелетий. Я о нем читал. Ни на какой Пенелопе он так и не женился.

– Итак, из‑за этих строк, ты потратил сорок три года на поиски женщины, которая или никогда не существовала, или уже семь тысяч лет как умерла?

– В поэме множество строк. Я процитировал только четыре. И она не где‑то. Если есть женщина для каждого мужчины, то Пенелопа – моя женщина.