|
Здесь готовилось перестроение. Уже стоя по пояс в воде, Хвощинский грозными окриками наводил порядок: - Эриванцы, отойти правее... В колонну!.. Оружие на плечо!.. Подтяните раненых!.. Раненых вперед!.. Кто там лезет скопом?.. Евдокимов, следите за строем! И юнкер Евдокимов поначалу не мог понять - зачем это нужно полковнику. Но если бы он лучше знал историю русских войн, то он бы, наверное, вспомнил, что говорил Кутузов-Смоленский: "Каре - против мусульман! - завещал полководец потомкам. - Но при перевесе врага каре должно соединяться в колонны... И солдаты Баязета выходили на другой берег, словно умытые живою водой: стройными колоннами, рота к роте. Хвощинский пропускал мимо себя солдат, покрикивал: - Веселей, ребятки!.. Не замочи сумки... Береги патроны... Оглядись каждый... Не так уж и весело... Но не так уж и страшно!.. И вдруг упал, всплеснул руками. По воде быстро расплывалось красное пятно, тонкой струей убегая по течению. Полковника подхватили, вытянули на берег. Санитары раздвинули перед ним носилки, запахнули его войлочною кошмой. - Я, кажется, ранен... да? - спросил Хвощинский и, выдавив первый стон через желтые зубы, он цепко скрючил руки на животе. 7 Когда казаки присоединились к колонне, Хвощинский уже лежал на носилках; зажимая ладонью рану в самом низу живота, он плыл над головами людей и командовал: - Выше!.. Выше, черт возьми, поднимите меня... Не бойтесь! Я должен все видеть!.. Карабанов и Ватнин, устало покачиваясь в седлах, подъехали к нему, молча остановились. - Я всегда знал, - произнес полковник, пересиливая страшную боль, - да, знал и верил, что на вас можно положиться. А вы, Карабанов, ранены? Андрей шевельнул тяжело повисшей рукой, с концов пальцев стекали по голенищу сапога темные капли крови. - Что прикажете далее? - спросил поручик, глядя прямо перед собой. - Моя сотня сделает все! Боль повалила Хвощинского на носилки, острые колени его вздернулись кверху. Он, уже одним взглядом, подозвал к себе сотников поближе, сказал прерывисто: - Следите за флангами... Бунчук Кази-Магомы опять ползет в горы, я вижу его отсюда... На перевале, господа, пади захватить отроги. Иначе нам в Баязет не пройти... Берегите, господа, фланги!.. Фланги... обязательно - фланги... Он замолк, и Карабанов тревожно переглянулся с Ватниным; но, помедлив немного, Хвощинский снова стал подниматься на локте. - Где Пацевич?.. Позовите полковника... Адам Платонович, семеня рядом с носильщиками, поправил под Хвощинским скомканную, всю в крови и пыли, войлочную кошму. - Да, я вас слушаю... - Господин полковник, - распорядился Хвощинский, - правом власти, принятой мною от вас, приказываю... взять коноводов, собрать раненых и, сразу от перевала, пробиваться на Баязет. Я остаюсь с отрядом до конца... Передайте Штоквицу, чтобы срочно выслал подкрепление!.. Хорошо бы не милицию, а Крымский батальон... Отряд уже поднимался в горы. Сражение, так трагически развернувшееся в долине, постепенно переходило на высоты. Жара стояла нестерпимая, и от каменных скал, раскаленных солнцем, несло удушливым зноем. У ставропольцев, бежавших под носилками с полковником, перехватывало дух в сухом горле, дыхание опаляло грудь, силы их таяли. |
