|
- Так давайте открывать ворота. Пойдем навстречу! - Подтяните пояс, - ответил Штоквиц. - Где ваши погоны, юнкер? Если нечем пришить, так носите их в зубах... И не говорите глупостей: вас начнут бить вот с этого места, и юшка из вашего носа будет тянуться до самых гор! Завидев приближение русских, турки, быстро собираясь в густые толпы и поблескивая издалека оружием, спешили навстречу бою. Повсюду скакали всадники, из ущелий тянуло грохотом оркестров, табор за табором смыкались возле старого редута. Фаик-паша готовился дать генеральное сражение. - Очень хорошо, - сказал Потресов Штоквицу. - Начиная с шестого июля мы еще не видели более удачной цели... Снарядов у нас мало, но попробуем. - Куда майор? - Тысяча триста сажен, - ответил Потресов. - Накрыть редут, и заодно проверим, провалится ли потолок во дворце. Штоквиц сложил в рупор ладони и прокричал в пальбе и грохоте перестрелки: - Четверть ведра ставлю! - В редут, в редут, - раздались голоса. - Слышите, - повторил Штоквиц, - четверть ведра! - Братцы, на радостях упьемся! Штоквиц радостно захохотал: - Болваны! Воды, а не водки... Четверть ведра! Потресов поднялся по лестнице. Прошел в комнату, где, присев на низком лафете, торчало орудие. Подкатили заряды, пробанили на всякий случай ствол - пфук-пфук, зарядили. - Эх, нет Кирюхи Постного! - сокрушался фейерверкер. - Наводи, - ответил майор, и кто-то тронул его за локоть. - Уйдите, барон, уйдите отсюда! Клюгенау помог сдвинуть станину: - Не надо гнать меня. Будем падать вместе... - Готова! - крикнул фейерверкер. - Отойди... - Потресов скинул фуражку, мелко и часто перекрестил орудийный хобот. - Можно, - сказал, - пали... В дымном обвале выстрела, корежа настил пола тормозными крючьями, откачнулась назад хоботина орудия. В зловонии пороха замелькали лица канониров, что-то треснуло, что-то закачалось. Но сооружение выстояло, и пушка, тихо пошипывая, уже поглощала второй заряд. - Кажись, попали, - сказал фейерверкер. - Пали, - ответил Потресов, и над старым редутом снова взмыло огнем и дымом; толпа турок покатилась прочь... Клюгенау сбегал вниз, посмотрел, как стоят бревна под полом, и вернулся довольный. - Трещат, но держать будут, - сказал он. - Впервые в жизни я ощутил вкус к риску в расчетах... Штоквиц навестил Сивицкого в госпитале; тот без спора налил ему четверть ведра профильтрованной воды, благо сегодня все надеялись уже покинуть крепость. Не поленился комендант своими руками притащить воду к артиллеристам, и ее тут же выпили, не прекращая стрельбы. - Сейчас наш Исмаил-хан, - рассказал Штоквиц майору, - разглядел в одном всаднике на белом коне своего братца. Вы, майор, случайно не подбейте ханского родственника, а то ведь, сами знаете, Россия бедна генералами!.. В планы турок не входило допущение русских войск на улицы города, и потому длинные ряды вражеских колонн, разбрасываемые взрывами гранат, тут же смыкались, чтобы перехватить отряд Калбулай-хана еще на подходе к городу. - А турок многовато, - заметил Сивицкий. - Да, - согласился Китаевский, - турок немало, а наших войск что-то немного. |
