– Что вас сейчас беспокоит?

– Страшно мне, пипец как! Меня аж трясет от страха! Такое чувство, что сейчас что-то ужасное должно случиться. Выть и орать хочется! Да, а еще у меня руки стали плохо работать, в пальцах чувствительность пропала. Я даже рубашку не могу застегнуть. Аппетита вообще нет, за два дня только три копченых мойвины съел.

– А давно ли вы его принимаете?

– Месяцев семь примерно.

– Да, неслабо. Вам бы надо в наркологический стационар.

– Не могу я к наркологу. Денег у меня нет, а если бесплатно обратиться, то сразу на учет поставят.

– Жалко, конечно. Мы сейчас вас покапаем, конечно, но от единственной капельницы большого толка не будет.

– Да это понятно, но может хоть чуть-чуть полегче будет.

Ну что ж, покапали мы его. Вот только это одноразовое лечение, как слону дробина. Не сломит оно зависимость. А это значит, что под влиянием непрекращающейся абстиненции, плюнет на все и опять побежит в аптеку. Но даже если он выдержит все муки и избавится от токсической кабалы, то ее последствия останутся с ним навсегда. Здесь я подразумеваю токсическую полинейропатию, устранить которую полностью, вряд ли получится. Так что, скорее всего, руки у него как следует не заработают.

Вот и еще вызовок: перевозка из наркологического отделения в отделение острых психозов мужчину тридцати двух лет. Ладно, перевезем, это дело нехитрое.

Врач отделения рассказал:

– Он – алкоголик, анонимно лечился. Все было нормально, а сегодня, ни с того ни с сего, взял и всю палату разгромил. Их там трое лежало, удивительно, как другие-то под раздачу не попали! Медсестра с санитаркой чуть заиками не стали! И, главное-то, это все не больше двух минут длилось. А потом сразу лег и отключился. Мы ему <название бензодиазепинового препарата> сделали.

– А сейчас-то он где?

– Там же, в палате спит.

– Так у него, наверное, «сумерки» были.

– Хм, а ведь точно! Ну ладно, главное, увозите его отсюда с глаз долой, из сердца вон!

Палата представляла собой жалкое зрелище. Штора сорвана, постели разбросаны, тумбочка опрокинута, посуда на полу. Виновник торжества, на голом матрасе, спал сном младенца. Еле добудились.

– А? А че такое-то? А вы кто? – испуганно встрепенулся он.

– Мы – охотники за привидениями и рыцари волшебных вязок. Посмотри, что ты наделал-то, болезный!

Удивленно осмотревшись, он, с видом оскорбленной невинности, воскликнул:

– Да вы чего гоните-то?! Я ваще спал, чего вы тут на меня вешаете?! Если что, здесь кроме меня еще двое лежат, вот с них и спрашивайте!

– Уже спросили. А медсестра с санитаркой чуть сами с ума не сошли.

– Да вы сами подумайте, зачем мне это надо-то? Я че, дурак, что ли, чтоб здесь все громить?

– Нет, Сергей, ты не дурак. Просто твоя болезнь так проявилась. Ты лучше скажи, у тебя раньше судорожные припадки были?

– Были два раза. Тогда башку себе разбил.

– А куда-то обращался за помощью?

– Не, никуда. У меня же это все не просто так, а с похмелухи было. Теперь-то уж я всегда стараюсь похмелиться побыстрее, чтоб не тряхануло.

– Ладно, давай мы сейчас тебя уколем, а потом в больницу.

– Не, вы чего?! В какую больнцу? Не, не, не, я на такое не подписываюсь!

– Сергей, тебе нужно серьезно лечиться. Очень серьезно, иначе такие приступы будут повторяться. Хорошо, что сегодня ты никакой страшной беды не натворил. Но в следующий раз, все может и смертоубийством закончиться.