– Сегодня? – испугалась Беттина, разом став похожей на ребенка. – На ночь глядя?

– Да, сегодня вечером.

– Надо ли?

– Поверь мне, так лучше.

– Но я еще не заказала номер, – она хваталась за соломинку, только бы отложить решительные действия.

– Беттина, я давно хотел тебе сказать, да все чего‑то ждал. Оставайся здесь.

– С тобой? – испуганно вскричала Беттина, и он засмеялся.

– Не совсем. Не думай, что я – старый развратник. Ты будешь жить в комнате для гостей. Ну, что скажешь?

Действительно, в его предложении не было ничего постыдного. Беттина вдруг очень смутилась.

– Право, не знаю… Наверно, я могу остаться здесь… на одну ночь.

– Нет, я вовсе не так это себе представлял. Мне хочется, чтобы ты здесь поселилась, пока не подыщешь себе квартиру, – увещевал Айво. – Что‑нибудь поскромней, и подходящую работу. Матти стала бы о тебе заботиться. И мне было бы спокойнее, если бы ты жила здесь, в тепле и, в холе. Мне думается, и отец не возражал бы. Более того, он не раз говорил мне нечто подобное. Ну так как, Беттина?

Он испытующе посмотрел на нее, и глаза у нее начали медленно наполняться слезами.

– Я не могу, Айво, – покачала она головой и отвернулась. – Ты так добр ко мне, и я ничего не могу дать тебе взамен. Вот и сегодня… этот стол… Я не могу даже:..

– Тш‑ш‑ш, перестань, – он опять обнял ее и начал осторожно гладить ее волосы. – Все хорошо. – Он старался развеселить Беттину. – Если ты все время будешь плакать, тебя выгонят из гостиницы.

– Я не буду плакать все время, – всхлипнула Беттина и взяла у него заботливо протянутый носовой платок.

– Знаю. Ты всегда была невероятно смелая. Но мне не хочется, чтобы ты делала глупости. А переезд в гостиницу – это как раз глупость, – и прибавил еще настойчивее: – Беттина, я хочу, чтобы ты жила у меня. Неужели это так пугает тебя? А может, тебе неприятно мое общество?

Она сумела лишь молча покачать головой. Какое там неприятно. Беттина пугалась того, что ей хочется остаться у Айво. Может быть, даже слишком хочется.

Она не знала, как поступить. Оттягивала время, вздыхала, сморкалась. Потом все‑таки посмотрела на Айво, не пряча глаз. Он прав. Это лучше, чем жить в гостинице. Вот если бы только не ее чувства, если бы он не был так красив, несмотря на годы. Порой ей приходилось напоминать себе, что ему не сорок пять и даже не пятьдесят два, а шестьдесят два года. Шестьдесят два… Кроме того, он был папиным лучшим другом. Это – все равно что кровосмешение. Непозволительно идти на поводу у своих чувств.

– Ну, что скажешь? – вновь обратился к ней Айво. Он стоял у бара и корил себя за такие же мысли.

Она чуть слышно произнесла в ответ:

– Хорошо, я остаюсь.

Они посмотрели друг другу в глаза и улыбнулись. Это было концом и началом, обещанием нового, рождением надежды. Для них обоих.

В субботу Беттина обосновалась на новом месте. Правда, предстояло съездить к ней на квартиру и забрать все ее вещи, но предыдущую ночь она провела уже в доме Айво, в комнате для гостей. Добродушная и сердечная Матильда отнеслась к ней как к родной, попотчевала вкусным ужином, а наутро принесла завтрак прямо к ней в комнату. Айво был рад, что смог заставить Беттину пожить у него с полным комфортом. Должно быть, для нее это приятная перемена после пустой квартиры, где ей пришлось задержаться почти до самого конца.