– Да ведь это сам Дордал! – прокричал старший из старших. – Омало, достаньте его, и тогда мы приведем домой еще больше масси!

Воины его отряда устремились вперед, выставив перед собой крепко зажатые в когтях дротики и копья. Не отстававший от них Тернат едва успел отразить щитом копье одного из воинов Дордала и мгновенно провел ответный удар, но тоже попал в щит, которым противник прикрыл нижнюю часть своего тела. Но нижнюю‑то он прикрыл, а верхнюю на долю мгновения оставил незащищенной. Туда‑то Тернат и направил сильный удар второго своего копья. Самец истошно взвыл, когда каменный наконечник вонзился в его пожелтевшую от ярости плоть. Тернат отдернул копье, и из раны противника потоком хлынула кровь, как у почкующейся самки.

Затем он набросился на другого солдата Дордала, с которым уже дрался один из воинов омало. Некоторое время вражеский самец пытался защищаться, но вскоре не выдержал напора двух противников и рухнул на землю, жалобно подвывая.

Брошенный кем‑то камень сильно зацепил Терната чуть повыше одной из рук. Изрыгнув проклятие, старший из старших согнул глазной стебель, чтобы посмотреть на себя; на месте удара появилась небольшая опухоль, но крови не было. «Жить буду», – мрачно усмехнулся Тернат.

Он оглядел поле боя, выбирая себе очередную жертву… каковой не оказалось, поблизости во всяком случае. Бравада у Дордаловых вояк быстро улетучилась, когда они наконец‑то сообразили, что у возглавляемого Тернатом отряда намерения более чем серьезные.

– Это работенка потруднее, нежели воровать беззащитных масси, не так ли? – прокричал Тернат.

Но Дордаловым воякам уже не хотелось отвечать оскорбительными замечаниями на колкости южан. Они немного отступили, рассчитывая укрыться за дальними валунами. Однако одного их желания оказалось недостаточно. Самец Терната, Фелиг, метнул дротик в северянина, высунувшего голову из‑за камня, и тотчас же завладел его укрытием, устремившись туда в сопровождении нескольких воинов.

Вскоре сопротивление врага было подавлено полностью. Большинство самцов Дордала сдалось на милость победителя, остальные позорно бежали. Дордал попытался сделать то же самое, но трое воинов Терната успели схватить его.

– Отнимите у них оружие и позаботьтесь о раненых, – распорядился старший из старших и направился к Дордалу, потирая рукой место, в которое попал камень.

Крупный самец внушительной комплекции, Дордал был таким плотным, что казался расширившимся даже сейчас, когда стоял вытянувшись. Глазные стебли его, однако, понуро поникли. Дордал посмотрел на Терната, но не расширился, хотя и узнал его.

– Ты допустил ошибку, хозяин владения, – произнес Тернат, употребляя титул поверженного врага, дабы оказать тому надлежащее почтение.

– Что ты делаешь здесь, Тернат? – В голосе Дордала по‑прежнему звучала гордость, но уж никак не замешательство. «Да он ничего не понял», – недоуменно подумал Тернат, затем сказал:

– Думаю, ты мог бы догадаться, хозяин владения. Мы возвращаем себе то, что нам принадлежало. Если бы вы не пересекли границу, мы не пришли бы сюда. А поскольку вы ее пересекли… – старший из старших предоставил Дордалу самому сделать выводы из сказанного.

Выводы оказались весьма странными:

– Я думал, вы все это время плели сказки про скармерское вторжение, чтобы соблазнить нас на кражу вашего скота.

«Ну и болван», – изумился Тернат, качнув глазными стеблями.

– Боюсь, твоя алчность простирается гораздо дальше границ твоего владения.

Дордал начал было желтеть, но, завидев, что Тернат угрожающе изогнул два глазных стебля, быстренько позеленел снова. При всей своей глупости он понимал, что сейчас не самый подходящий момент для того, чтобы взять да и разгневаться на победителя.