* * *

Реатур постепенно привык к тому, что человеки всегда торчат где‑нибудь поблизости. Он не осознавал за собой такой привычки и наорал бы на любого подданного, который сказал бы ему о ней – пока четверо из шестерки странных существ не укатили куда‑то далеко на своих приспособлениях для путешествий, оставив в летающем доме лишь двоих. Не видя человеков, то и дело сующих свои бесстебельковые глаза в каждый уголок его владения, отец клана ловил себя на мысли, что… скучает по ним.

А теперь они вернулись, и Сара ведет себя так, будто он – проклятье, она – никуда и не отлучалась, вновь донимая хозяина владения разговорами о Ламре. Чтобы хоть как‑то отвлечь назойливую человечью самку, Реатур решил резко сменить тему:

– Почему четверо из вас столь неожиданно покинули пределы моего владения?

– Чтобы помочь раненый человек.

– А, – молвил Реатур и вдруг удивленно шевельнул глазными стеблями. – Подожди. Четверо из вас удалились. Никто из них не был ранен, верно? – Сара качнула головой сверху вниз. – Двое, которые остались, также не были ранены, верно? – И снова она качнула головой. – Но если не был ранен никто из вас, кто же тогда?

– Человек из владения, которое называется «Россия», – ответила Сара. – Не то же самое владение, что наше. Его ранило на той стороне Ущелья Эрвис.

Еще человеки? Еще ВЛАДЕНИЕ человеков? Мысль об этом привела Реатура в волнение столь же сильное, какое испытал Фральк. Хотя вождь омало, естественно, не мог знать о реакции скармера на такую новость. Реатур начал расспрашивать Сару о других человеках и вдруг осекся, озабоченный фактом, которому поначалу не придал значения.

– Вы перебрались ЧЕРЕЗ Ущелье Эрвис ? – переспросил он, надеясь на то, что неправильно понял человечью самку. Но Сара опять качнула головой. – Как? – тихо спросил хозяин владения.

– В маленькой машине, которая передвигается по воздуху. – Сара раскинула свою единственную пару рук, изображая крылья, и засучила ногами, как она, вероятно, делала, сидя внутри приспособления.

Реатуру полегчало, но ненадолго.

– Эти другие человеки из другого владения… – он даже не стал пытаться произнести новое слово, – … у них есть такие машины для путешествий по воздуху?

– Нет, – быстро и уверенно ответила Сара.

– Значит, они не могут дать их скармерам? – Одна мысль о том, что какие‑то незнакомые человеки начнут как снег сыпаться с небес, встревожила Реатура не на шутку. Представить же себе вооруженных западников, пересекающих Ущелье Эрвис по воздуху… Нет, лучше не представлять.

К счастью, Сара снова ответила:

– Нет.

Реатур незаметно обратил на себя один глазной стебель. Хорошо. Он встревожился не настолько, чтобы поголубеть. Стыдно показывать свои чувства человекам, но демонстрировать собственный страх человечьей самке – позор для любого самца, не говоря уже о хозяине клана. Кроме того, у самок хватает переживаний на их слишком коротком веку, чтобы нагружать их еще и мужскими заботами. Разумом Реатур, может, и понимал, что трем человечьим самкам каким‑то чудом удалось дотянуть до возраста зрелых самцов, но поверить в это окончательно до сих пор не смог.

Между тем Сара, словно прочитав его мысли, возобновила свои докучливые расспросы насчет Ламры с утроенным упорством. Будто и не замечала, что на данный момент вождю стало не до того.

– Мы поговорим о Ламре в какое‑то другое время, не теперь, – заявил Реатур раздраженно.

Однако вконец обнаглевшая человечья самка и не думала сдаваться.

– Что ты сейчас делать вместо этого? Что важнее, чем Ламра? Ты не разговаривать о Ламре, Ламра умирать.