– Что изменилось?

– Моя семья хочет, чтобы я вернулась. Мой отец умирает, так что Траваш будут претендовать на трон. Я – наследница дома Сирооси, и с моими способностями…

– Ох, – тихо сказала Надя.

Париджахан кивнула:

– Я хотела, чтобы Малахия помог мне выпутаться из этой ситуации. Но он хотел, чтобы я вернулась домой и отреклась от престола. Думаю, он просто не понимал, что, как только я пересеку границу Аколы, для меня не будет пути назад. Я останусь там до самой смерти.

Рашид вздохнул:

– Неужели это так ужасно?

Тяжело вздохнув, Париджахан откинула голову назад.

– Именно это я и не могла объяснить Малахии. Мне не нужен Траваш. Пусть отдадут его тому, кто хочет править. Я этого не хочу и никогда не хотела.

– Чего же ты хочешь?

Париджахан взглянула на Рашида.

– Меня правда волнует судьба Аколы. Я просто не хочу ей управлять. Но я действительно хочу помочь. И не думаю, что смогу помочь своей стране, пока здесь все не уляжется. В Аколе вот-вот начнутся волнения. Когда мой отец умрет, у нас не будет мирных выборов нового правящего Траваша. Мы на пороге гражданской войны.

Подняв бровь, Надя взглянула на Рашида, и он тихо застонал. Когда юноша протянул руку, она увидела, как на его коже распускаются цветы.

– И ты все еще не знаешь, в чем заключается твоя сила? Ты уже говорил с Остией? – со вздохом спросила она.

– У меня как-то не было времени, учитывая, что ты умерла и все такое, – ответил он.

Надя поморщилась.

– Как и в других странах, у вас много разных богов, – сказала она, и ее голос немного дрогнул, словно те знания, на которые она полагалась так много лет, больше не внушали особого доверия. – Я опасаюсь, что падшие боги решат найти новую территорию, за которой уже присматривает другое божество. Они могут развязать войну.

– Возможно, в Аколе сейчас происходит то же самое, что и здесь, – сказала Париджахан.

Надя закрыла глаза.

– Вы хотите еще что-то мне рассказать? – спросила она, хотя с нее уже было достаточно откровений на сегодня.

– Как-нибудь потом. Ты слишком устала.

– Думаю, мы все порядком устали.

– Да, но никто из нас не умирал.

«Кто же знал, что однажды у меня будет так много общего с двумя транавийцами?» – подумала Надя, потерев лицо руками.

– У нас нет времени на отдых, – тихо сказала она.

Ситуация выйдет из-под контроля гораздо быстрее, чем они думали. Надя сомневалась, что нападение на город было единственным подобным происшествием в Калязине. Наверняка их было куда больше, а люди в других городах и поселениях попросту не были готовы к обороне. Совсем скоро леса выйдут за пределы своих границ, а их темные чащи породят чудовищ, готовых пожирать все на своем пути.

Она не знала, как остановить древнего бога. Не знала, что подарили ей Миеста и Алена. Она все еще не знала, что с ней происходит, хотя ответы были так близко. Это было ужасно, но при этом волнующе.

Она умерла.

Надя попыталась встать, но Париджахан мягко толкнула ее обратно.

– Нет, – сказала она. – Эти кошмары все равно никуда не денутся, пока ты будешь спать. Отдыхай, – девушка прижала ладонь к Надиной щеке, и та прильнула к ее теплу. Рашид тихо выскользнул из комнаты.

– Все… болит, – пробормотала Надя.

– Такова жизнь, – ответила Париджахан и поцеловала ее в макушку. – Надя, я так рада, что с тобой все в порядке.

– Думаю, это преувеличение.