– Перестань, я сказала! – заорал грубый женский голос. – Ты совсем, что ли, <ёкнутый>?

– Да ты сама <ёкнутая>, иди <нафиг> отсюда! – ответил мужской.

– Ага, щас ты у меня пойдёшь, это мой дом, если что!

Откинув грязную занавеску, заменявшую межкомнатную дверь, мы увидели сидевшего на полу небритого худого мужичонку и возвышавшуюся над ним женщину с испитым лицом.

– Здравствуйте, господа! Что случилось?

– Да вон, при***урок-то, допился до «белки»! Глюки начались! Сейчас взял и бутылку в стену кинул, хорошо хоть не в окно попал!

– Так, уважаемый, хватит на полу сидеть, иди лучше на кровать пересядь! А вы пока найдите его паспорт и полис, – велел я.

– Да ну <нафиг>, вон он дохлый лежит, что я, на него буду садиться?

– Кто он такой?

– <Фиг> его знает, я такого первый раз вижу! Страшный, просто <песец>! И на дракона, и на медведя похож. Сначала из-под занавески маленький вышел, с кошку, примерно, а потом расти начал, больше, больше, больше. Рядом со мной на кровать лёг и подыхать начал. Такая вонища пошла, я чуть не сблевал! Ну я сразу вскочил, кричу: «Валюха, иди смотри, что творится! Чего делать-то?» А ей всё <пофиг>, дура, <распутная женщина>!

– Когда последний раз выпивал?

– Я третий день вообще не пью. У меня желудок сильно прихватило, тормознуть решил. Вон, <самка собаки>, вон он опять! Со стены на потолок перешёл!

– Кто?

– Да глаз, ёп! Это Серёгин глаз-то! Ща, погоди, <распутная женщина>! Ща я <въеду>! – прокричал он в панике и потянулся к валявшейся на полу пустой бутылке.

Однако мои парни сразу на корню пресекли безобразие.

– Соберите его, положите тапки, во что переодеться, мыльно-рыльные, – распорядился Герман.

– Да, я сейчас всё его шмотьё соберу и пусть <уматывает> отсюда, – ответила дама. – Зачем мне нужны эти проблемы?

Увезли мы болезного в наркологию, где его приняли, но со скрипом, поскольку не было полиса.

Гуляя по просторам Дзена, натолкнулся я на публикацию, возмутившую меня до крайности. Автор, православный священник, рассказал случай, когда к нему привели больного в алкогольном делирии для того, чтобы молитвами избавить его от «вселившихся бесов». Священник поначалу растерялся, но затем всё-таки взялся за «лечение». Однако, как и следовало ожидать, никакого успеха не последовало. При этом «батюшке» даже в голову не пришло настоять на обращении за медицинской помощью. Эта история служит ярким примером преступного отношения к больному.

Не устану повторять, что белая горячка – это не только психические, но и тяжёлые соматические нарушения, затрагивающие практически весь организм. Оставить больного без надлежащей помощи – это всё равно что заставить его сыграть в русскую рулетку. Да, выздоровление вполне возможно. Однако нельзя гарантировать, что не наступит летальный исход или не разовьётся слабоумие.

Поэтому, если делирий случился, то категорически недопустимо подменять профессиональную медицинскую помощь религиозными или оккультными средствами. Впрочем, всё сказанное касается не только делирия, но и других психических расстройств.

Следующий вызов был к женщине шестидесяти трёх лет с кишечным кровотечением.

Открыл нам супруг больной и встревоженно сказал:

– Проходите быстрей, а то у неё течёт очень сильно!

Больная лежала на кровати, повернувшись набок и выглядела испуганной.