– Нет, слова – это пустое. Маша, принеси им по бутылке шампанского! Мы на Новый Год закупились, потом ещё купим.

– А вот от этого не откажемся, спасибо огромное! В больницу не поедем?

– Нет, конечно, у меня всё хорошо, ещё раз спасибо!

Вот таким хорошим оказалось завершение вызова. Везде бы так! Нет, я не шампанское имею в виду, а благополучный исход. Ведь когда удаётся оказать эффективную помощь, настроение и безо всякого вина улучшается.

Традиционно вместо обеда получили ещё вызов: задыхается мужчина сорока двух лет.

– Вот на кой чёрт нам эти задыхи? – раздражённо сказал я. – На линии тридцать пять бригад, больше некого послать, что ли?

– Иваныч, не ругайся, – сказал наш водитель Володя. – Они понапишут всякого, а приедешь – там и нет ничего.

Открыл нам сам пациент, высокий худой мужчина с землистым лицом и впалыми щеками. Сразу были заметны учащённое дыхание и испуг в глазах.

– Эх, как меня прихватило-то… – сказал он, плюхнувшись на диван. – Мне никогда так страшно не было.

– А что с вами было-то?

– Сам не знаю. В груди всё сжалось, руки-ноги похолодели, дышать не могу и такой страх накрыл! Думал, что сейчас умру. Не знаю, как вас-то вызвал…

Давление было нормальным, на ЭКГ – синусовая тахикардия, сатурация прекрасная.

– Ничего угрожающего нет, – сообщил я больному. – Это была самая настоящая паническая атака. Причины для неё есть?

– Да… От такой причины у меня вся жизнь перевернулась. Приговор мне вчера вынесли…

– В каком смысле?

– В прямом. За ДТП осудили на три года колонии-поселения.

– Значит, ДТП с летальным исходом?

– Да, водитель фуры погиб. По делу три эксперта работали. Три! Мою вину опровергли, адвокат сказал, что однозначно оправдают. А я и уши развесил…

– Но вы же обжаловать можете, не надо раньше времени в депрессию погружаться.

– Могу, могу… Вот только сил нет. Жена пойдёт к адвокату, чтоб апелляцию написал. Я же бывший сотрудник полиции, омскую «вышку» окончил, потом девять лет в уголовном розыске отпахал. Раньше терпеть не мог поговорку: «От тюрьмы и от сумы не зарекайся». Не понимал, как я, нормальный человек, могу за решётку загреметь. А теперь пополнил собой армию судимых.

– Так вас же, наверно, не в общую колонию отправят, а для бывших сотрудников?

– Всё потом решится, в инспекции, когда приговор в законную силу вступит. Но любой «посёлок» – это каторга, и не важно, для бээсов или простых зеков.

– Ну что ж, могу вам предложить укол ф***пама. Поуспокоитесь, отдохнёте.

– Да, давайте.

Как уже было сказано, пациент перенёс паническую атаку. Это вид тревожного расстройства, при котором больные испытывают сильнейший страх, сопровождающийся затруднением дыхания, сердцебиением, потливостью. Кроме перечисленного, некоторые могут ощущать ком в горле, возможна потеря голоса. Панические атаки всегда кратковременны и в большинстве случаев беспричинны. В данном случае инъекция ф***пама является временной мерой, не защищающей от повторения таких состояний в будущем.

Каково же моё человеческое восприятие поведанной больным трагической истории? А просто никакое. Мои обвинения или оправдания кого-либо были бы проявлением безрассудства и непорядочности. Что же касается не категоричных выводов, а всего лишь сочувствия, то я его испытываю к обеим сторонам.

Вот и обед разрешили. Потоп на «скорой», к сожалению, никуда не делся. Кругом море разливанное, а под водой коварный лёд.