— Да, а вы его разве не знаете?

— Чернова? Может быть, и знаю. А кто он?

(Притворяется? Действительно не знает? Значит, это не тот Никифоров? Или Никифорова-свидетеля попросту не существует?)

Через несколько минут глупого разговора выяснилось, что Рустам Каримович знавал одного Чернова, но тот был не Григорий, а Юрий.

— Наверное, вам все-таки к Анатолию Сергеевичу надо, — заключил он. — Правда, он в данный момент отсутствует.

— Уехал из Москвы?

— Да нет, не должен был… — он окликнул кого-то в сторону: — Маршал не объявлялся? Где? Ага-ага… — И снова в трубку: — У него на вечер совещание назначено.

— Я так понимаю, он ваш начальник?

— Ну что-то вроде, ага. У вас приятный голос, Наташа.

(Не вовремя ты, дружок, начинаешь сети закидывать. Злая я.)

— Скажите, а с ним можно как-нибудь связаться?

— Вообще-то мы такую информацию не даем… Но в виде исключения… Записывайте…

Домашний телефон Анатолия Сергеевича не отвечал. Наташа перезванивала несколько раз в течение часа, но с тем же результатом.

— Майор Глыбов.

— Василий Федорович, это Клюева беспокоит.

— Здравствуй, Клюева! Что там у тебя? Опять Ленька что-то натворил?

— Василий Федорович, не в службу, а в дружбу…

— Значит, не Ленька? Уже хорошо. Ну давай, Клюева, выкладывай.

— У вас есть возможность по телефонному номеру узнать адрес?

Наташа даже не догадывалась о том, какой такой ценной информацией может озолотить ее Никифоров. Кроме того, у нее был всего лишь один шанс из тысячи, что разыскиваемый абонент был именно тем самым Никифоровым. Но, получив от Глыбова вожделенный адресок, она пулей вылетела из квартиры, выбежала к дороге и вскинула руку. Наташу несло. Ей что-то подсказывала обыкновенная, заурядная женская интуиция. Подсказывала нечто неопределенное, плохо улавливаемое, по смыслу сводящееся к одному слову: «Надо!» Ведь была же магнитофонная запись! Была!

Район наипрестижнейший — Крылатское. И домик — ого-го!.. Солидный, приземистый, из белого кирпича, с огромными лоджиями и старушкой-вахтершей в подъезде, задача которой — пропускать незнакомцев только через труп. Желательно труп незнакомца.

— Вы к кому? — На Наташу уставились подозрительные глазки-бусинки, выглядывавшие из-за высокой деревянной конторки.

— В двадцать третью квартиру. К Никифорову.

— Нет его дома.

— А где он, не подскажете?

— С какой стати?

Что уж Наташа наплела этой вахтерше, она и сама потом толком не могла вспомнить. Вроде о какой-то больной собачке, о том, что ее срочно нужно прооперировать, а Анатолий Сергеевич обещал посодействовать… Словом, жалостная история, аж до слез.

— На даче он, — растрогалась бабуля. — Ему соседи сообщили, что какой-то малолетний гаденыш парник разрушил. Вот еще вчера и завеялся.

(Все-то эти старушенции знают, вечно у них ушки на макушке. Какая справочная? Какие осведомители? Хочешь получить информацию на любую, даже самую фантастическую тему — спрашивай старушек.)

— А где она, дача эта? — осторожно полюбопытствовала Наташа.

Это уже было чересчур… Ладно, на такси потратилась, проколесив в другой конец города. Но запрыгивать в последний вагон электрички и целый час трястись до Переделкина, дрожа от холода? Ради чего? С какой радости? А все она, неугомонная… Интуиция… Но самое противное, так это то, что интуиция в последнее время безбожно Наташу обманывала…

Найди еще попробуй его участок…

Наташа вышла на главную улицу и расспросила проходившую мимо женщину с ребенком, услышав от нее знакомое:

— А вам какой Никифоров нужен?

— Ветеринар.