– Ну что ж, нам пора идти, – объявил Малкай, – а ты выбирайся из этих полотенец.

Собрав свою одежду в охапку, Богус двинулся в направлении к ванной, в голове у него перекатывалось что‑то тяжелое, причинявшее ему боль, веки стали такими сухими, что казалось, будто их поджарили, – моргать было очень больно.

Когда он вышел из ванной, один из федералов, приведших его сюда, стоял рядом с четой Малкаев.

– Вилсон, – обратился к нему Малкай, – я хочу, чтобы ты отвез Трампера куда он пожелает в пределах острова Манхэттен.

– Слушаюсь, сэр, – откликнулся Вилсон, походивший на наемного убийцу.

– Куда вы собираетесь, дорогуша? – спросила у него миссис Малкай.

– Я еще не знаю, мэм, – ответил Трампер.

Малкай снова пролистал толстую папку, и Трампер успел заметить мелькнувшую фотографию его самого и Бигги.

– Послушай, парень, – сказал Малкай, – почему бы тебе не повидаться с Ральфом Пакером, а? – И он извлек из папки скрепленную стопку листков с фотографией волосатого Ральфа сверху.

– Но он в Айове, сэр, – ответил Трампер. Он не мог себе представить, чтобы досье Ральфа Пакера, которое Арнольд Малкай держал в руке, могло быть таким внушительным.

– Черта лысого он в Айове! – возразил Малкай. – Он здесь, в Нью‑Йорке, и дела у него идут Довольно неплохо, должен заметить. – Он протянул Трамперу пачку газетных вырезок. – Те парчи, что занимаются поиском пропавших людей, внимательно присмотрелись к твоему дружку Пакеру, – добавил Малкай. – Он оказался единственным, кто имел хоть какое‑то представление о том, куда ты мог подеваться.

Богус попытался вообразить, как выглядят те парни, что занимаются поиском пропавших людей. Они представлялись ему невидимыми существами, способными превращаться в лампы и другие аксессуары ванной комнаты и учинять допрос, пока ты спишь. Вырезки содержали рецензии на первый фильм Пакера, получивший главный приз Национального студенческого кинофестиваля, «Групповщина», саундтрек к которому делал Трампер. Фильм показывали в художественных клубах по всему Нью‑Йорку; теперь Ральф обзавелся студией в Гринвич‑Виллидж, и у него был подписан контракт на прокат двух других его фильмов. В одной из рецензий на «Групповщину» отмечалась мастерски сделанная звукозапись. «Бесконечные звуковые находки Трампера, – говорилось в ней, – очень убедительны, высокотехничны и тщательно выполнены для такой малобюджетной картины». Трампер почувствовал себя польщенным.

– Если хочешь знать мое мнение, – сказал Малкай, – то этот бизнес куда прибыльней, чем написание диссертаций.

– Да, сэр, – послушно кивнул Трампер; хотя он не мог себе представить, чтобы Ральф зарабатывал деньги тем, что он делал.

Малкай дал наемному убийце по имени Вилсон адрес студии Пакера, но громила, чью распухшую, свежебитую бровь украшал пластырь, выглядел чем‑то обеспокоенным.

– Ради бога, что с тобой такое, Вилсон? – спросил Малкай.

– Да я насчет того шофера, – пробормотал Вилсон.

– Данте Каличчио? – вспомнил Малкай.

– Да, сэр, – кивнул Вилсон. – Понимаете, полиция хотела бы знать, что с ним делать.

– Я же велел им отпустить его, – удивился он.

– Я знаю, сэр, – сказал Вилсон, – но, мне кажется, они хотели бы иметь на этот счет ваше письменное распоряжение.

– С какой стати, Вилсон?

– Видите ли, сэр, – замялся Вилсон, – этот парень наломал дров, хотя, разумеется, он не знал, кто мы такие.