– Тащи чемодан, Кент, – велел ему Ральф.

– Куда ты его везешь? – спросил Кент.

А Трампер подумал: «Да, куда меня везут?»

– К Тюльпен, – ответил Ральф.

Это было немецкое слово. Трампер знал его: по‑немецки «Тюльпен» значит «тюльпан». И Трампер подумал, что это, определенно, неплохое название для места, где можно поспать.

Глава 35

СТАРЫЙ ТАК УНИЧТОЖЕН, БИГГИ НАБИРАЕТ ВЕС

Бигги и Коут вели себя с ним очень предупредительно. Не говоря ни слова, они приготовили ему кровать в комнате Кольма. Кольм лег спать около восьми. И Трампер прилег на свою постель, чтобы рассказывать истории, пока Кольм не заснет.

История, которую он приготовил, была его собственной версией «Моби Дика», как нельзя лучше подходившей для этого дома у берега моря. Кольм пришел к заключению, что киты – настоящее чудо, потому что история, по Трамперу, изображала кита отважным героем, Моби Дика – непобедимым вождем.

– А он большой? – спросил Кольм.

– Ну, – сказал Трампер, – если бы ты плавал в воде и его хвост хлестнул бы тебя, то тебе пришлось бы намного хуже, чем обыкновенной мухе, которую пристукнули хлопушкой. – Кольм надолго замолчал. Он смотрел на банку, в которой плавала маленькая оранжевая рыбка из Нью‑Йорка, выжившая во время долгого путешествия в автобусе.

– Продолжай, – попросил Кольм. И Трампер продолжал и продолжал.

– Любой нормальный человек не стал бы трогать Моби Дика, – рассказывал он. – И все китобои предпочитали охотиться за другими китами. Но только не капитан Эхаб.

– Ага, – поддакнул Кольм.

– Кое‑кто из охотников был ранен: лишился рук или ног, но они не стали ненавидеть китов из‑за этого, – продолжал Трампер. – Но… – Он сделал паузу…

– Но только не капитан Эхаб? – выкрикнул Кольм.

– Ну да, – подтвердил Трампер. – Неправильное поведение капитана становилось все более очевидным.

– Расскажи мне о тех острых предметах, которые застряли в Моби Дике, – попросил Кольм.

– Ты имеешь в виду старые гарпуны?

– Угу.

– Слушай, в нем застряло несколько старых гарпунов, – начал Трампер, – из которых по‑прежнему торчали веревки. Длинные гарпуны и короткие гарпуны, несколько ножей и множество других предметов, которыми охотники пытались попасть в него…

– Каких? Это были щепки?

– Щепки? – с сомнением произнес Трампер. – Ну да, от всех тех лодок, что он раздавил, в нем было полно щепок и еще моллюсков, потому что он был очень старый; да, все его тело было покрыто водорослями и улитками. Он походил на старый остров, он собрал кучу всякого мусора – он больше не был чисто‑белым.

– И его ничем нельзя было убить, да?

– Ну да, – подтвердил Трампер. – Поэтому его пришлось оставить в покое.

– Именно так я бы и поступил, – заявил Кольм. – Я даже не стал бы пытаться погладить его. – И он замолчал, в ожидании рефрена…

– Но только не капитан Эхаб.

Всегда следует рассказывать историю, подумал Трампер, таким образом, чтобы слушатель ощущал себя на высоте и мог предугадать событие на шаг вперед.

– Расскажи о вороньем гнезде, – потребовал Кольм.

– Высоко‑высоко, с вершины горы, – с выражением начал Богус, – он заметил далеко‑далеко какой‑то предмет, походивший на пару китов…

– Исмаил, – поправил его Кольм.