Я остолбенел, а она продолжала говорить.

– Когда на счет Дома Крстхъонн не поступил ваш недельный заработок, со мной связалась ваша Мать Узора, и мне пришлось объяснить ей сложившуюся ситуацию. У меня не было выбора. Мне очень жаль сообщать вам об этом, но она знает, что вас ищет полиция в связи с кражей. Я не успокоюсь, пока не смогу убедить ее, что вы никоим образом не в ответе за это злополучное путешествие, – добавила она быстро. – У меня сердце разрывается, Леонардо, даю вам слово, что сделаю все, что в моих силах, и добьюсь, чтобы вы не страдали незаслуженно. Вы всегда были преданы мне, и я не предам вас. Даже если нынешняя ситуация затянется на неопределенное время, а похоже, что так и будет, я, вероятно, смогу использовать вас, как нештатного консультанта.

– Моя Мать Узора знает? – повторил я в ужасе.

– Я в абсолютном неведении о месте вашего пребывания, и тем более о цели вашего пути, но если это послание дойдет до вас, Валентин, я рассчитываю на вас. Сдайтесь ближайшим властям и убедите Леонардо поступить так, как он сочтет правильным. Доброго пути вам и удачи.

– Настоящая леди! – восхищенно сказал Хит. – Готов спорить, пока она отправляла это сообщение, в ее кабинете торчало шестеро полицейских.

– Но я думал, я делаю то, что она хотела, – я был совершенно уничтожен.

– Так оно и было, – ответил Хит. – Она не могла представить, что Аберкромби заподозрит бъйорнна в соучастии в преступлении с кем бы то ни было.

Он покачал головой.

– Либо он умнее, чем я думал, либо полный параноик.

– Что же со мной будет?

– Вы не очень внимательно слушали, а? – спокойно заметил Хит.

– Не понимаю, о чем вы.

– Она обещала о вас позаботиться, и она сдержит слово.

– Как? – я все еще ничего не понимал.

– Так же, как она заботится обо мне, – сказал Хит. На его губах играла улыбка. – «Нештатный консультант» – это просто более пристойное название для торговца крадеными произведениями искусства. Я вам гарантирую, на этом вы заработаете больше, чем просто служащим или даже торговцем картинами на Бъйорнне.

– На Бенитаре II, – поправил я машинально.

– Неважно.

– Но я не могу стать вором! – вскричал я.

– А кем еще вы можете стать? – серьезно спросил Хит. – Ваша Мать Узора не хочет с вами разговаривать, а Клейборн перестал вам платить.

– Я могу совершить ритуал самоубийства, – сказал я.

Он покачал головой.

– Клейборн вас не уволил. Если Тай Чонг уговорит полицию снять обвинение, вам придется дорабатывать срок по контракту.

– Я ничем не обязан женщине, которая впутала меня в ваше преступление, а теперь хочет, чтобы я стал вором.

– Интересное у вас понятие о чести, Леонардо.

– Не понимаю, на что вы намекаете.

– Вы что, считаете честью соблюдать обязательства только перед теми, кто отвечает вашим высоким моральным нормам? – спросил Хит. – Вы только что сказали, что позволили ее морали определять вашу собственную.

Он помолчал.

– Именно этой морали уже много лет следую я. Впрочем, я никогда не делал вид, что я человек чести.

– Но как же мне соблюдать контракт, если Тай Чонг явно предпочитает, чтобы я крал для нее картины? – беспомощно спросил я.

– Ну, не знаю, – сказал Хит. – Вам придется самому в этом разобраться.

– Не могу! – возразил я. – Мне нужно получить этическое наставление!

– От меня? – спросил он с веселым смешком.