Приняв решение, Женька вытащил из ящика стола небольшой сероватый бланк, быстро накарябал на нём что-то тупым пером и, весело улыбнувшись, протянул Куборогову.

– Да можно было б и без расписки, ничто… – довольно начал было Куборогов и осёкся… – Что… что это? – глупо спросил он.

– А это повестка! – охотно объяснил Жека, – Судебная. По делу о взятке должностному лицу. Которую вы мне только что предложили… – мальчик с удовольствием отметил, как Куборогов изменился в лице и продолжал наезжать на него, не давая опомниться: – Вы, Кузьма Силыч, хотите, наверное, сказать, что у меня ничего не выйдет? Нет свидетелей? Ну и что? Ну нет… Ну – не выйдет. И чёрт с вами! Зато крови в суде присяжных вам попьют не мало, я гарантирую. Сами знаете, как вас «любят» в городе. А ещё газеты! Ведь они не все ваши. А дружки ваши – Аристов и Фельзин за вас вступаться не будут, не надейтесь! Впрочем, они и не дружки вам, а конкуренты. Так что процесс обещает быть весьма интересным, вы как считаете?

Кузьма Куборогов побагровел. Так с ним давно никто не позволял себе обходиться! Не ожидал он подобного афронта. И от кого? От сопляка, от молокососа, по прихоти судьбы занявшего на короткое время какую-то там должностишку! Ну, ладно… Ну, погоди ж!

Разгневанный, словно дикий зверь, олигарх вылетел из кабинета, на ходу вытирая пот батистовым белым платком. Вскочил в рессорную коляску, рявкнул на кучера, гони, мол… С ненавистью оглянулся, и скрылся за углом…

Женька проводил Куборогова взглядом. Кадет был доволен, хоть и понимал, какого опасного врага себе нажил.

Он закончил работу пораньше – решил пройтись по местному рынку, чего-нибудь прикупить, да и так, посмотреть. Деньги у Жеки были – недавно переслали из Кареды жалованье (и не маленькое!), так что теперь кадет Лейкинс превратился из бывшего раба в весьма состоятельного господина. Ну, не такого, конечно, состоятельного, как предлагал Куборогов, но всё же…

В рыбных рядах Женька засмотрелся на огромного палтуса, даже прикинул, сколько купить на жарку, вытащил из кармана деньги…

И замер, увидев почти рядом… капрала Арнольда Шапса!

В барашковой шапке и френче, в галифе из жёлтой скрипучей кожи, в красных ботинках с обмотками, Шапс выглядел обычным ледогорским франтом, вряд ли кто сейчас признал бы в нём не местного, вряд ли кто… Кроме одного человека. И этим человеком был кадет второго класса Евгений Лейкин! Слишком много зла принёс ему Шапс, слишком…

Капрал стоял напротив ларька с зеленью и кого-то высматривал в толпе. Нет, он не шастал по рынку, просто стоял рядом с зеленщиком и ждал. Женька затаился рядом… Ага! Вот к Шапсу подошёл какой-то неприметный человек в сером дождевике из мешковины и такой же кепке. Что-то шепнул… Шапс ответил. Осклабился… И быстро зашагал вслед за незнакомцем. Женька последовал за ним. Тоже так быстро, как мог. Так что даже не заметил идущего под ручку с невестой журналиста Аристарха Фигурова.

Когда проходили мимо одёжных рядов, кадет на ходу, не торгуясь, купил чёрную широкополую шляпу, красный берет и серую неприметную кепку. Шляпу он сразу же одел на голову, а кепку и берет спрятал в карманы сюртука, так, на всякий случай.

«Почему всё-таки Шапс?» – думал Женька, стараясь не отстать от капрала, – «Ведь он не говорит по старо-испански… Но почему-то Шрайдер его сюда послал, именно его! Значит Шрайдеру просто больше некого посылать! Видать, не густо у него с сообщниками!»

Сопровождающий Шапса мужик оглянулся.