– Ты тоже временами бываешь душкой, – страстным шепотом ей в ухо отозвался Адам.

– Послушай, зачем ты меня несешь? Я могу идти, наверное…

Тут до девушки словно впервые дошло, что он ее несет через двор на виду у всей челяди и работников.

– Адам! Нас все увидят! Будут судачить!

– Велика беда! – бесшабашно сказал Адам. – Но что за чудеса: леди Мне На Все Плевать изволит робеть?

– Стыдно…

Он с почти искренним удивлением заглянул ей в глаза.

– Может, и стыдно. Однако не слишком.

Она внезапно зарделась.

– Если бы ты не был таким… ненасытным, я бы так не устала!

– Что ж, признаю свою вину, – галантно согласился молодой человек, не желая затевать спор о том, кто из них ненасытней. – Двух часов сна тебе хватит?

– О, два часа! Это было бы чудесно – и достаточно.

– В таком случае я отложу пикник на после полудня.

– Думаешь, это разумно? – встревоженно спросила Флора.

– Ты имеешь в виду Люси?.. Придумаю какое нибудь подходящее для трехлетних ушек объяснение – за этим дело не станет. Да и нельзя показывать тебя в таком виде Доброй Туче. Старая дева будет возмущена – нахмурится и прольется целым дождем колкостей.

– Возмущена чем? – забавляясь, спросила Флора.

– Тем, какой плохой я хозяин. Разве можно доводить гостей до такого состояния? Нет, честно, она меня загрызет.

Флора рассмеялась.

– Да ты ее никак боишься!

Адам улыбнулся как проказник мальчишка, пойманный на горячем.

– Скажем так, я опасаюсь ее увесистого тумака. А если серьезно, то мисс Маклеод так много значит в жизни Люси, что я люблю и ценю ее – и ничем не хочу смущать ее спокойствия. Ну а теперь срочно изобрази обморок, потому что миссис 0'Брайен и двое слуг таращатся на нас из окна.

– А почему я упала в обморок? – тихонько спросила Флора, краем глаза видя, как озабоченная миссис 0'Брайен быстрым шагом идет через веранду им навстречу.

– Жара.

– Побойся Бога, сегодня разве что пар изо рта не идет!

– Может, что нибудь не то съела?

– Грех зазря позорить повара.

– Ах ты, Господи! – в отчаянии воскликнул Адам. – С тобой я совсем рехнулся! Не в моей привычке оправдываться перед слугами.

– Фи! Как это по французски!

– При чем здесь французы?

– Все знают, что они со слугами надутые индюки.

– Может, на то есть причины, – вяло огрызнулся хозяин ранчо и приказал: – Будь умницей, закати глазки и молчок. Я все беру на себя.

Флора была сама покорность – она зажмурилась и очень натурально уронила руки, предоставив Адаму самому выпутываться.

– Леди Флора подвернула ногу в конюшне и сомлела, – пояснил граф, поднимаясь по лестнице на крыльцо, где его поджидали миссис 0'Брайен и пара лакеев.

– Ох, беда то какая! – запричитала круглолицая экономка. – Надо за доктором послать! Бедняжка! Распухла ножка? Не было бы перелома!

– Успокойтесь, миссис 0'Брайен. Ничего серьезного. Я думаю, потянула связки. За доктором пошлем позже – если понадобится. Ах уж эти светские кисейные барышни: чуть что – хлоп, и в обморок! А кавалер – спасай! Лишь бы повиснуть у мужчины на шее!

Тут он странно крякнул – это Флора больно ущипнула его за плечо.

– Ну уж вы зря, мистер Серр, – фыркнула экономка. – Леди Флора не таковская.

– Таковская, таковская, – с усмешкой отозвался Адам. – Даже дважды таковская.

Когда они оказались вдвоем на лестнице, Флора обрушилась на любовника с упреками: дескать, что ж это он ее позорит в глазах миссис 0'Брайен! И вовсе она не вешается на шею мужчинам!

– Кто кого несет? Сейчас как уроню! – весело отбивался Адам.