Дом, где мы жили, когда впервые услышали, как папа бьет маму. Хоспис, в котором умерла бабушка. Комната, где я переспала с парнем на Хеллоуин.

Трясущимися руками я смешиваю краски, все тело вибрирует энергией, исходящей не изнутри, а откуда-то извне. Как обычно, за мгновения до того, как начинаю писать, когда в голове даже не существуют четкие образы, я попадаю в странное место, какой-то глубинный район.

Существуют лишь очертания. У меня есть смутное чувство цвета, но окончательно оно формируется, когда я смешиваю краски и вырисовывается первая форма. Двигая пальцами по холсту, я определяю, где будет первая точка.

Сначала только наброски. Более бледные цвета, подмалевка, прежде чем я добавлю глубины и теней.

С полуприкрытыми веками я лихорадочно работаю. Разные точки пространства так и льются из меня, я даже и не знала, что они будут на карте. Я смешиваю новые цвета, на этот раз увереннее добавляя один к другому.

Закончив, я тяжело дышу, спину щекочут бусинки пота.

Я отхожу в сторону, чувствуя себя истощенной. Лишь через несколько секунд я перевожу глаза на холст. И когда мой взгляд блуждает по образам, мне приходится прикусить губу, чтобы не разреветься.

Это обломки. Как разрушительные последствия автокатастрофы, когда осколки разбросаны по всей дороге. Только вот это не машина, а частички меня. Моей жизни. Все эмоции, которые вызывали во мне эти места. Разрушение и удушье на холсте.

Медленно вдыхая, я смотрю еще раз. В глаза бросается одно место: сегодняшний клуб. Здание светлое, но фигура снаружи окутана тенью, которая как будто поглощает человека.

Я щурюсь и переношусь туда. Зеф толкает меня к стене. Шершавый кирпич царапает обнаженную кожу. Его замечание «ты прямо как она» у моего уха. От такого сравнения все внутри пылает. Оно доказывает, что Зеф по-прежнему думает о ней. Не только во сне, но и днем.

Мысли вращаются вокруг его слов, сломанного ожерелья, ржавых капелек на зеленом камне.

Кое-что приходит мне в голову. Мозг работает так быстро, так лихорадочно, что я даже не до конца осознаю, что делаю – открываю ноутбук и набираю их имена в поисковой строке.

Зеф Дозен и Роми Эрнандес.

Но когда высвечиваются результаты, меня охватывают сомнения. Я даю себе обещание больше подобного не делать. С предыдущими партнерами я уже становилась на этот путь. Только один поисковый запрос. И получив ответ, я буду уверена.

Ведь на этот раз у меня есть веские причины, правда?

Вернувшись к экрану, я просматриваю результаты. На первых страницах нет ничего, что я уже не знала бы из прежних запросов. Скандальные сплетни, статьи об их разрыве.

Я пробую еще раз, теперь более определенный запрос: исчезновение Роми Эрнандес.

На этот раз появляются не только статьи, но и ссылки на страницы фанатов в социальных сетях. Перейдя по ним, я сразу же отбрасываю часть. В основном страницы были созданы на пике славы Роми: фотографии, скопированные с ее официального сайта, перемежаются со снимками, сделанными папарацци. Почти на всех фотографии Роми исчезают после нескольких постов; на ее место найдена другая знаменитость. На всех, кроме одной.

И эта страница вызывает у меня интерес. Здесь наблюдается завидное постоянство – после выхода знаменитого рекламного ролика фотографии публикуются каждые несколько дней. Хотя, похоже, снимки позаимствованы с собственной страницы Роми, поскольку профессиональные фотографии перемежаются с личными.

Время от времени появляются видеозаписи ее танца. Открываю одну из моих любимых – клип, который я пересматривала много раз. Роми в белье телесного цвета, так что виден каждый мускул, каждое сухожилие на поджаром теле. Она выглядит как хорошо отлаженный механизм.

Ролик снят где-то в городских переулках. Танец завораживает – отточенный, но одновременно плавный и свободный.