41

 Кир

Девон, июль 2018 года

«Прости, что подгоняю, но ты обещала прислать наброски на прошлой неделе. Надеюсь, у тебя все хорошо. С нетерпением ждем рисунков».

Я перечитываю сообщение, и внутри у меня все переворачивается, а щеки вспыхивают.

Я опоздала со сдачей работы.

Обычно меня подобное не беспокоит, я умею выкраивать время, но это личный заказ для друзей, Рамона и Луизы. Они собираются пожениться в Каталонии, в красивом средневековом замке пятнадцатого века, где меня вдохновляет многое: и внушительный внутренний двор, и старинная часовня, и раскинувшийся внизу виноградник.

У меня есть время и место для работы, потому что Зеф повел Вуди на прогулку, но я не могу сосредоточиться.

Я чувствую себя как на иголках, в голове снова и снова прокручиваются последние события: не только Зеф, который говорит о Роми в прошедшем времени, но и ожерелье, и сообщение в соцсети. А еще его слова «ты такая же, как она».

Нарастает какое-то странное предчувствие. Как будто грядет катастрофа.

Такое же предчувствие у меня возникало, когда в доме должно было вот-вот случиться нечто ужасное.

В то время это всегда начиналось одинаково. Воздух как будто сгущался, и отец характерно спокойным, низким голосом интересовался у мамы, почему она не сделала что-то из трехсот сорока двух вещей, которые он в тот день считал важными. Почему она до сих пор не подмела подъездную дорожку, или почему одежда до сих пор висит на радиаторе, или почему неправильно пожарена курица.

Именно таким голосом он говорил в суде. Голосом человека в высшей степени разумного и никогда не ошибающегося. Человека высочайших моральных принципов. Голосом, который никогда не повышается и не выдает эмоций.

Я сидела за столом рядом с братом, и в горле комом вставала паника. Я слушала, как отец спрашивает, почему она не разогрела духовку заранее, почему не сделала так, как он научил, почему опалила кожу, втерла ли соль.

Проходили минуты, а он все твердил одно и то же, и я начинала с ним соглашаться.

Почему она просто не могла сразу сделать все как надо? И избавила бы нас от всего этого. Папочка устает на работе, он не должен исправлять то, что она натворила.

И вот я сидела, раздираемая противоречивыми эмоциями, уверенная, что все слышат, как грохочет мое сердце.

Именно это я сейчас и ощущаю: тревожный звоночек на физическом и эмоциональном уровне. Адреналин. Кортизол. Учащенное сердцебиение. Потные ладони.

Я точно знаю: с Зефом что-то не так, что-то бурлит под поверхностью.

И мне надо знать, что это.

Склонившись над столом, я хватаю ноутбук Зефа и открываю его.

Просматриваю историю браузера.

Внимательно просматриваю экран. Новые сайты. Кулинарные блоги. Кулинарные сайты. Жизнь в трейлерах. Его собственный сайт, почти пустой. Путешествия: Лондон, Мадрид, Португалия, Сицилия. И снова Португалия.

Если он ищет Роми, то либо давно этим не занимался, либо удалил результаты поиска.

Потом я смотрю фотографии.

Палец зависает в воздухе, и я прокручиваю в голове то, что прочла в Сети: как Зеф притаился на углу и снимает выходящую из здания Роми.

С колотящимся сердцем я опускаю палец на тачпад.

Я точно хочу это знать?

Я щелкаю по тачпаду. Появляются тысячи снимков.

Нет времени изучать все. Надо сузить поиск.

Трясущейся рукой я набираю в поисковой строке «Нью-Йорк» и «Бруклин».

Сортировка занимает больше времени, чем я ожидала. Постукивая ногой по полу, я с замиранием сердца таращусь на пустой экран.

А вдруг он удалил все ее фотографии? Люди часто так поступают после расставания. Вполне возможно, ничего не осталось.

Но внезапно экран наполняется фотографиями.

Увидев их, я делаю резкий болезненный вздох.