– Как солнышко?

– Ну, как лампочка. А в ночном рейсе бортовые огни должны быть приглушены.

Лампочка! Еще чего не хватало! Она неожиданно разозлилась, с трудом подавив желание плеснуть кипятком в его лоснящуюся от самодовольства морду. А что? Обжигающий кожу капучино неплохо сбивает спесь. Все очарование куда то запропастилось, и Карина вдруг подумала, что Гарин – неотесанный чурбан, щедро одаренный природой.

– Чушь вы какую то несете, Вадим Константинович, – равнодушно сказала Карина и осторожно пригубила капучино. – Я бы даже сказала: весьма неудачно меня клеите. Солнышко, лампочка… мелко это для человека с вашим то размахом. Надо бы что то более поэтичное, вроде обещаний звезды с неба.

– А чего ты мне выкаешь? – обиделся он.

– А вы чего мне тыкаете? Вроде как на брудершафт не пили.

Он подумал, потом пошарил по карманам, вытащил горсть монет и бросил в автомат. Вытащив стаканчик, Вадим вытянул руку вперед.

– Ну, так давай выпьем?

Карина дернула бровями и ничего не сказала.

– Ну, чего? Или слабо?

– Ничего не слабо.

– Ну, так давай!

Карина пожала плечами и вытянула руку вперед, но едва их локти сплелись, как в кармане задергался и засвистел телефон, оповещая о пришедшем смс. Она торопливо выдернула руку, сунула Вадиму свой стаканчик и достала телефон. Прочитав сообщение от Сашки, Карина рассмеялась. Перегнувшись через ее плечо, Вадим тоже уставился на экран, прочитал сообщение и его брови поползли вверх.

– «Ложусь спать. Моя дыра свистит пуще прежнего»… Ничего себе у вас разговоры, девочки. А мне в ваших играх позволите поучаствовать?

– У подруги в комнате окно плохое, – рассмеялась Карина. – Откуда то дует ветер на разные голоса, спать не дает. А вы что подумали?

– Ну… Это самое…

– Какой неуместный эротизм! – заключила Карина и, хмыкнув, покатила свой чемоданчик к выходу на взлетную полосу.

Глава 7

Бангкок встретил влажной духотой, которая придавила участников телепроекта сразу, стоило выйти из самолета и пройтись по длинному застекленному коридору. То ли там не работали кондиционеры, то ли ужасающая жара тропиков проедала дыры в любом материале, но Олеся, еще не дойдя до будок паспортного контроля, почувствовала себя плохо. В висках застучало, дышать стало тяжело.

Звездам, конечно, было проще. Они преспокойно прошли через вип зону. Замешкавшейся Олесе пришлось отстоять небольшую очередь, и только потом торопливо догонять группу. Хорошо еще, что громадина аэропорта была оборудована бегущими дорожками: встал и катись себе, а потом переходи на другую, если шагать невмоготу.

Получив багаж и обменяв деньги, Олеся присоединилась к остальным участникам проекта, отметилась в списке и прошла в спасительную прохладу автобуса. Сердце трепетало, предвкушая приключение.

Кастинг она прошла без особого труда, спасибо Васятке, который, к слову сказать, оказался за бортом, вылетев с полосы препятствий. А нечего так много курить. Впрочем, оно и к лучшему, некому будет раздувать щеки и корчить из себя обиженного. Знаем мы таких, потом до конца жизни будут попрекать своими благодеяниями. И вообще, лучше с ним больше не общаться!

Собрав участников проекта, автобус, наконец, выехал со стоянки аэропорта и покатил к морю. Олеся, уставшая после ночного рейса, поначалу еще разглядывала пейзажи, а потом прикрыла глаза, погрузившись в собственные мысли. Да и, к слову, смотреть особо было не на что. Автобус быстро выехал на автостраду, оставив Бангкок позади, пейзаж за окном был достаточно однообразным: тусклые пожухлые пальмы, болота, по которым прохаживались длинноногие аисты, зеленые джунгли вдали, ничем не отличающиеся от родных лесов, да небо, серое, затянутое влажными парами.