– Маскирующее кровоизлияние?

Крофт кивнул и, не обращая внимания на Викери, повернулся к молодым и легче поддающимся влиянию врачам:

– Мы наблюдаем здесь своеобразную оптическую иллюзию. На самом деле кость черепа и не треснула и не вдавилась. Просто скопившаяся под тканями кровь вызвала такой значительный отек, что полость, в которой нет жидкости, кажется вдавленной. В области лица тоже никаких острых краев не прощупывается, только гладкий череп.

Народ вокруг взволнованно зашумел, желая собственноручно прощупать больного.

– Вы заметили непроизвольные звуки, прерывистый пульс, длительное бессознательное состояние? Мне еще ни разу не встречался более очевидный случай сдавления мозга, – заключил Крофт.

Пользуясь своим ростом и массой, Викери оттеснил двух врачей и приблизился к сопернику.

– А кровь из ушей? – напомнил он, сощурив черные глаза. – Даже вы не можете считать это чем-либо иным, кроме травмы мозга, требующей немедленного кровопускания и трепанации.

Один из самых преданных коллег Викери тут же протянул ему набор для трепанации, презрительно фыркнув в сторону Крофта. Викери взял дрель, предупреждающе глянул на Крофта, чтобы тот не вмешивался, и провел пальцами по голове пациента в поисках места, где лучше всего просверлить в черепе дюймовое отверстие.

– Что ж, к правильному результату можно прийти и посредством ошибочных рассуждений, – пожал плечами Крофт. – Внешний слой черепных костей не поврежден, но внутри могут быть и переломы, и трещины, что приведет к скоплению крови под черепной коробкой. Трепанация нужна, согласен, но кровь пациенту пускать нельзя. Думаю, природа уже сама позаботилась об этом. – И он указал на сломанную руку, из-под шины просачивалась кровь.

– Разве вы сами не видите, – прошипел Викери, с явным трудом сдерживаясь, чтобы не раскричаться, – избыток крови необходимо спустить, чтобы уменьшить отек…

– Я вижу лишь, что следует поторопиться с трепанацией. У пациента уже начинается стертор. – Действительно, в затрудненном дыхании мальчика слышался характерный хрип. Крофт провел пальцами по ноге подростка, затем резко ткнул пальцем повыше колена. – И физиологический рефлекс почти отсутствует.

Бурча что-то себе под нос, Викери положил дрель и разрешил одному из студентов разрезать кожные покровы и отодвинуть надкостницу. На фоне кровавой раны сияла белизной гладкая, неповрежденная поверхность черепа. Викери в раздраженном молчании выпилил кусок кости и не обнаружил под ней никаких выделений.

Хорас Крофт удивленно хмыкнул.

– Оба ошиблись, – произнес он с поразительным спокойствием.

– Шейте, – скомандовал Викери, яростно дернув подбородком. Когда другой врач поставил выпиленный кусок на место и зашил кожу, хриплое дыхание прекратилось.

Викери грубо оттолкнул Дэниела и попытался нащупать пульс, но через минуту сдался.

– У нас было мало шансов спасти такого пациента, но мы сделали все возможное. Впрочем, дальнейшее сдавление, вероятно, удалось бы предотвратить, если бы побыстрее пустили кровь… – Злобный взгляд Викери скользнул по Гибсону, прежде чем упереться в Крофта.

Общее внимание, как дружеское, так и не очень, сосредоточилось на Дэниеле. Он сглотнул, но продолжал держать голову высоко, надеясь, что это примут за проявление уверенности в себе.