Музыканты заиграли твист – новый танец, который так любила Тина. Ей нравилось демонстрировать, как низко она может присесть рядом с извивающимся Рейнальдо.

Онассис подождал, пока машина Ренье скроется в темноте, но вместо того, чтобы вернуться на яхту, отвязал трос от кнехта, бросил его матросу и велел ему возвращаться на «Кристину». А сам направился к «Отелю де Пари».

Глава двенадцатая

Пристегните ремни!

Монако, август 1959 года

Мария сидела на кухне на улице Патиссион, мать поставила перед ней тарелку с яичницей. Едва проткнув желток ножом, она проснулась и почувствовала дыхание лежащего рядом Ари.

– Ты вернулся! – воскликнула она, прижимаясь к нему всем телом.

– Твой силуэт исчез с балкона, – сказал Ари.

– Я захотела спать.

– А я захотел увидеть тебя.

Он поцеловал ее в шею, начал поглаживать бедра, и она на время забыла обо всем, кроме движения его руки.

Снова засыпая, Мария крепко обняла его. Она хотела, чтобы ему было хорошо и спокойно.

* * *

Проснувшись, она увидела, что Ари вышел на балкон. Она обвила его руками за шею, и он улыбнулся.

– Высматриваешь «Кристину»? – спросила Мария.

– Наверное, она уже на полпути в Венецию.

– Ты сказал Тине, что не поедешь?

Ари покачал головой:

– Она не будет возражать. На борту ее друзья, к тому же ее развлекает Рейнальдо. Скучать по мне будут только Александр и Кристина. Я обещал научить их играть в шахматы. – Он посмотрел на море. – Тину воспитывали няни и гувернантки – она не видит ничего дурного в том, чтобы общаться с детьми раз в день по десять минут.

– Если бы у меня был ребенок, я бы не отдала его на воспитание чужим людям, – сказала Мария.

Ари взглянул на нее:

– Ты хотела ребенка?

– Конечно. Но моя жизнь распланирована не то что на месяцы – на годы вперед. Я не могу просто все бросить и забеременеть.

Ари сжал балконные перила.

– Знаешь, если бы не дети, я бы оставил Тину или купил ей с Рейнальдо дом на юге Франции, чтобы они могли быть вместе сколько захотят.

Мария была поражена:

– Ты бы купил им дом?

Ари пожал плечами:

– Нет, Рейнальдо может купить свой собственный дом – у него полно денег, как и у Тины. Но я бы не возражал, лишь бы ты была рядом.

* * *

Ари спустился в кабинет на первом этаже, а Мария начала собирать вещи для обратной поездки в Милан.

Через два дня у нее была забронирована студия звукозаписи, и ей нужно было поработать над партитурой. Записываться всегда было легче, чем выступать, но она не занималась уже несколько недель. Она старалась не думать об Ари и Тине. С того момента, как Онассис поцеловал ее на палубе «Кристины», она знала, что ее браку пришел конец. Так почему же он не думал так же? На мгновение Мария почувствовала себя очень уязвимой, словно она стояла на сцене, а оркестр вдруг умолк. Она не хотела петь а капелла – не хотела оставаться любовницей женатого мужчины. Слово «любовница» заставило ее вспомнить, как мать кричала на отца из-за Александры Пападжон. Она машинально обхватила себя руками, чтобы успокоиться, а потом вспомнила, что прошлой ночью Ари вернулся к ней. Он покинул яхту, жену и детей, чтобы оказаться в ее постели. От мыслей о том, как приятно было проснуться в его объятиях, она постепенно расслабилась.

* * *

Мария складывала черный шелковый пеньюар, когда Ари обнял ее за талию.