Онассис разозлился, когда она в конце концов отказалась от роли в «Пушках острова Наварон».

– Каждый божий день я встаю, чтобы побеждать, – кричал он. – А ради чего ты каждое утро открываешь глаза? Я не понимаю!

Обида от его слов рассеялась той же ночью, но она снова вспомнила о них, когда в середине сентября Онассис сказал, что первая леди приняла приглашение отправиться в круиз. Она прибывала с Радзивиллами и Франклином Рузвельтом – младшим, заместителем министра торговли, и его женой в начале октября.

– На следующей неделе тебе нужно вернуться в Милан, – небрежно заметил он.

Мария застыла от удивления. Она не слышала ни слова о круизе с того самого утра, когда раздался телефонный звонок, и предположила, что президент наложил вето на прогулку жены на яхте, принадлежавшей человеку, за которым наблюдало ФБР. Но теперь это стало реальностью, а ее отправляли в изгнание.

– О, не смотри так, Мария. Это круиз для первой леди.

Марии не понравилось, с каким смаком Ари произнес слова «первая леди».

– Я сказал, что собираюсь держаться от них подальше, питаться отдельно и так далее, чтобы она могла полностью расслабиться. Но этого не получится, если ты останешься на яхте.

– Я думала, миссис Кеннеди любит музыку. Я могла бы спеть для нее, – ответила Мария.

Онассис улыбнулся:

– Мария, мне пришлось умолять тебя спеть для Уинстона Черчилля. Ты тогда заявила, что не привыкла «развлекать публику». Кроме того, миссис Кеннеди – католичка, ее может оскорбить то, что ты моя любовница.

Мария собиралась возразить, что первая леди совершенно не возражала против того, что Ари спал с ее сестрой, но потом прикусила язык. Если миссис Кеннеди хоть чем-то походила на Ли, она была женщиной, виртуозно умевшей находить подходящего мужа, а потом с размахом тратить его деньги. У Марии не было с ней ничего общего.

Да, возможно, Жаклин элегантно одевалась и создала изысканный интерьер в Белом доме, но это вряд ли можно было назвать карьерой. Джеки Кеннеди и ее сестре никогда не приходилось завоевывать публику, в отличие от Марии Каллас.

Мария придала лицу бесстрастное выражение.

– На самом деле все складывается очень удачно. Дзеффирелли месяцами умолял меня спеть «Тоску» в Ковент-Гардене. Я откладывала, потому что мы были здесь так счастливы, но теперь я готова согласиться и не стану смущать первую леди своим присутствием.

Она ушла прежде, чем он успел ответить.

Франко удовлетворенно хмыкнул, когда она сообщила ему новости.

– Я знал, что, если пригрозить Ренатой, ты очнешься и перестанешь прожигать жизнь на яхте. Но тебе придется усердно поработать, Мария. Я хочу, чтобы эта «Тоска» стала сенсацией.

– Никто не работает усерднее меня, Франко. И ты это знаешь.

– Что ж, надеюсь, что твой новый статус poule de luxe этого не изменил. Мы не сможем прерываться на фуршеты с икрой.

Мария рассмеялась и немного расслабилась. Она поняла, что с нетерпением ждет начала репетиций.

* * *

После утверждения Каллас на роль Тоски Ковент-Гарден дал Франко добро на совершенно новую постановку. Он был одержим идеей создать особые костюмы, подчеркивающие разворачивающуюся трагедию: легкое муслиновое платье в первом акте, когда Тоска навещает возлюбленного, а затем эффектный наряд из красного бархата в стиле ампир с длинным золотым палантином для сцены, в которой она соглашается отдаться злодею Скарпиа, чтобы спасти жизнь Марио.