– Я буду осторожна, – сказала она. И, вдруг заметив, что руки у нее сжаты в кулаки, с улыбкой добавила: – Я смогу держать его в руках.

Джереми все еще был бледен. Он глядел на Эша, его карие глаза потемнели, а рот плотно сжался. В его спокойствии сквозили сдержанная сила и холодный гнев. А еще решимость ее защитить и ненависть к Эшу.

В это время к ним подошли остальные.

– Со мной все будет в порядке, – торопливо прошептала Мэри‑Линетт.

А Джереми громко сказал:

– Я подумаю насчет людей здесь, в городе, и скажу тебе, если что‑нибудь обнаружу.

– Спасибо, Джереми, – кивнула Мэри‑Линетт. Она попыталась успокоить его взглядом, когда все садились в машину.

Он стоял и смотрел, как ее автомобиль удаляется от заправочной станции. Но рукой вслед не помахал.

– Ну вот, мы едем домой, – сказал Марк. – И что дальше?

Никто ему не ответил. Мэри‑Линетт понимала, что у нее нет никакой толковой идеи.

– Мне кажется, мы бы скорее во всем разобрались, если бы знали, кого подозревать, – наконец произнесла она.

– Но есть еще кое‑что, самое важное, что нам нужно сделать, – мягко произнесла Ровена. – Мы, я думаю, все же вампиры.

Мэри‑Линетт могла бы счесть, что Ровена упомянула об этом между прочим, но Марк спросил:

– И что же это?

– Нам нужно подкрепиться, – улыбнулась своей самой лучезарной улыбкой Кестрель.

Они вернулись на ферму Бердок. Кота нигде не было видно. Вампиры, все вчетвером, направились к лесу, и Джейд все время громко звала Тигги. А Мэри‑Линетт подошла к письменному столу миссис Бердок. Она достала канцелярскую бумагу, слегка покрывшуюся плесенью по краям, и серебряную ручку с выцветшим узором в викторианском стиле.

– Теперь, – сказала она Марку, сидя за столом в кухне, – мы составим список подозреваемых.

– В этом доме нет ничего съестного, – проворчал Марк. Он уже успел порыскать во всех шкафах. – Только растворимый кофе и фруктовый чай. Кому нужна эта гадость?

– Могу лишь напомнить, что твоя подружка – вампир. Ну, давай. Сядь и сосредоточься. Кого мы подозреваем?

Марк сел и вздохнул.

– Нужно узнать, что случилось с той лошадью. Ручка в руке у Мэри‑Линетт зависла над листком бумаги.

– Ты прав, здесь должна быть какая‑то связь. Я забыла об этом.

«Забыла, что работать детективом – это тебе не в бирюльки играть».

– Хорошо, – угрюмо произнесла она. – Давай предположим, что тот, кто убил лошадь, и был убийцей тети Опал и козы. И может быть, он же разбил окно на заправочной станции, потому что это также случилось прошлой ночью. Что это нам дает?

– Я думаю, это были Тодд и Вик.

– Очень умно!

– Нет, я серьезно. Ты ведь знаешь, что Тодд всегда жует эти зубочистки. А в козу были воткнуты именно зубочистки.

Зубочистки... Что же это ей напоминает? Нет, не зубочистки, это были колышки побольше... Почему она не может вспомнить?

Потерев лоб, Мэри‑Линетт уступила Марку.

– Ладно... Я запишу, что Тодд и Вик – охотники на вампиров, но под вопросительным знаком. А может, ты думаешь, что они – сами вампиры?

– Нет, – сказал Марк, не реагируя на ее сарказм. – Думаю, Джейд заметила бы это, когда пила их кровь. – Он задумчиво глядел на Мэри‑Линетт. – Ты у нас сообразительная. Как ты думаешь, кто это сделал?

– Понятия не имею.