В первоначальных разведсводках звучало беспокойство относительно совершенства радилокаторов на японских F‑15X. Каким‑то образом им удалось сбить один Б‑1 и повредить второй, и никто ещё не сумел разобраться, как это произошло.

– Скоро узнаем. – Что ещё можно сказать пилоту? В данном случае оценку дал компьютер. На протяжении последнего часа виртуального полёта Рихтеру всё время приходилось маневрировать над пересечённой местностью, что было достаточно изматывающим, и когда он «совершил посадку» в своём «Команче», то обливался потом и хотел поскорее принять душ, которого при реальном полёте наверняка не будет. А вот пара лыж может пригодиться.

– Что, если противник…

– В этом случае придётся привыкать к рисовому рациону. – Нет смысла беспокоиться обо всём. Зажёгся свет, пилоты сняли шлемы, и Рихтер увидел, что находится в небольшой комнате.

– Проникновение на вражескую территорию прошло успешно, – сообщил свою оценку майор. – Ну как, парни, вы готовы совершить небольшой полет?

Рихтер взял стакан ледяной воды со стола в дальнем углу комнаты.

– Знаешь, мне даже в голову не приходило, что я смогу пролететь таким курсом настолько далеко.

– Как относительно всего остального? – спросил его стрелок‑радист.

– Погрузят, когда вы прилетите на место.

– А на пути назад? – не удержался от вопроса Рихтер. Лучше быть проинструктированным заранее.

– У вас будет выбор из двух вариантов. Может быть, из трех. Мы ещё не приняли решения. Сейчас его изучают, – заверил пилота офицер войск специального назначения.

* * *

Хорошо было то, что все это оказались пентхаусы, апартаменты на крышах высотных зданий. Этого следовало ожидать, подумал Чавез. Богачи, подобные этим мерзавцам, приобретали себе весь верхний этаж любого дома, который приглянется. Это позволяло им взирать на все свысока, смотреть на остальных сверху вниз, так же и небоскрёбы Лос‑Анджелеса возвышались над нищенскими баррио его юности. Впрочем, никто из них не был солдатом. Люди военной профессии не испытывают желания так выделяться на фоне горизонта. Куда лучше скрываться в кустах вместе с крысами и пеонами. Ну что ж, все имеет свои недостатки, напомнил себе Динг.

Оставалась одна проблема – отыскать место повыше. Это оказалось несложно. И снова им помогла мирная атмосфера города. Они просто выбрали подходящее здание, вошли в него, поднялись на лифте на верхний этаж и оттуда выбрались на крышу. Чавез установил камеру на треноге, выбрал самый мощный телеобъектив и начал снимать. Вести съёмку даже при дневном свете несложно, говорилось в инструкции, а тут ещё боги, распоряжающиеся погодой, пришли им на помощь – надвигался хмурый облачный вечер. Динг сделал по десять снимков каждого здания, перематывая плёнки и укладывая кассеты обратно в коробки для последующей разметки. На все ушло не более получаса.

– Ты начал доверять этому парню? – спросил Чавех после передачи плёнок.

– Динг, я только что начал доверять тебе, – негромко ответил Кларк, снимая этими словами напряжение момента.

38. Рубикон

– Что же дальше?

Райан помедлил с ответом. Адлер заслуживал, чтобы ему кое‑что рассказать. Предполагалось, что переговоры должны вестись честно. Там никогда не говорят всей правды, но в то же самое время стараются не обманывать друг друга.

– Дальше? Продолжай как и раньше, – произнёс наконец советник по национальной безопасности.