– Что‑то происходит. – Это не было вопросом.

– Мы не сидим без дела, Скотт. Они ведь не собираются сдаваться, не так ли?

Адлер покачал головой.

– Думаю, не собираются.

– Убеди их пересмотреть свою позицию, – предложил Джек. Совет не был таким уж новым, но сказать что‑то требовалось.

– По мнению Кука, в Японии действуют политические силы, старающиеся не обострять ситуацию. Его коллега в японской делегации снабжает его обнадёживающей информацией.

– Скотт, у нас там два сотрудника ЦРУ, которые работают под прикрытием документов русских журналистов. У них состоялись переговоры с Когой. Он недоволен тем, как развиваются события. Мы посоветовали ему вести себя как обычно. Нет смысла ставить его под удар… Вот что, посоветуй Куку прощупать японского дипломата относительно оппозиции в их правительстве, кто они и какими силами могут располагать. Однако он ни в коем случае не должен сообщать, с кем мы поддерживаем контакт.

– Хорошо, передам. В остальном придерживаться той же линии? – спросил Адлер.

– Не делай никаких конкретных уступок. Ты сможешь потянуть ещё некоторое время?

– Смогу, пожалуй. – Он посмотрел на часы. – Сегодня переговоры ведутся у нас. Мне нужно до их начала посоветоваться с Бреттом.

– Держи меня в курсе.

– Можешь не сомневаться.

* * *

На Грум‑лейк рассвет ещё не наступил. Пара транспортных самолётов С‑5В вырулила на конец взлётной дорожки и поднялась в воздух. Груз не был тяжёлым, у каждого всего три вертолёта, ну и остальное снаряжение – не так уж много для самолётов, способных нести по два танка. Однако одному из них предстоит длительный перелёт, больше пяти тысяч миль, и при встречных ветрах потребуются две дозаправки в воздухе, что, в свою очередь, означает необходимость двух сменных экипажей для каждого самолёта. Добавочные пилоты вытеснили пассажиров в хвостовой отсек, позади крыльев, где кресла менее удобны.

Рихтер откинул ручки сидений в своём трехместном ряду и вставил в уши ватные тампоны. Как только самолёт оторвался от земли, он автоматически сунул руку в карман лётного комбинезона, где обычно хранил сигареты – или, вернее, хранил раньше, пока не бросил курить несколько месяцев назад. Проклятие! Ну как можно отправляться в бой без сигареты? – спросил себя Рихтер, откинулся на подушку и заснул. Он даже не почувствовал воздушных ям, когда самолёт поднимался к потоку струйного течения над горами Невады.

Экипаж, несущий первую вахту, повернул самолёт к северу. Небо было тёмным и останется таким на протяжении почти всего полёта. Самым главным для экипажа было не заснуть, находиться всё время начеку. Управлять самолётом будет автоматическое навигационное оборудование, в это время суток ночные коммерческие рейсы уже закончились, а дневные только начинались. Военным пилотам принадлежало сейчас все небо вместе с рваными облаками и обжигающим ледяным ветром за алюминиевой обшивкой самолёта, направляющегося к самому невероятному месту назначения, о котором мог только помыслить резервный экипаж. Экипажу второго «гэлэкси» повезло больше. Их самолёт повернул на юго‑запад и меньше чем через час уже летел над Тихим океаном, выполняя свой более короткий рейс к базе ВВС Хикем.

* * *

Подводная лодка ВМС США «Теннесси» вошла в гавань Пирл‑Харбора на час раньше намеченного срока и направилась к крайнему причалу, отказавшись от портового лоцмана и положившись при швартовке на помощь одного военно‑морского буксира. Причал был погружён в темноту, и швартовка проводилось при свете прожекторов на других пирсах гавани. Ещё одной странностью было то, что на причале «Теннесси» ждал огромный автозаправщик.