Бросив на кровать свою дорожную сумку — распаковывать мне было особенно нечего — я зашел посмотреть, как разместили Вию. Нормально разместили. Оказывается, служанку, которую приставил к ней Федерико, она отпустила, и теперь сидела на кровати в большой полупустой и довольно сильно запыленной комнате. Поскольку комнату освещал только одинокий желтый луч, с риском для жизни прорвавшийся между приоткрытых, но так и не распахнутых до конца ставен, я мог вообще не заметить девушку.

— Вия… ты себя хорошо чувствуешь? — тихо спросил я.

— Как всегда, — ответила шаманка.

— Между прочим, здесь есть редкая возможность помыться в горячей воде. Надо было попросить слуг, чтобы они тебе ванну приготовили. Если хочешь, я сам прикажу.

— Прикажи.

Я осторожно вошел в комнату — до этого разговаривал с порога, — прикрыл тяжелую скрипучую дверь за собой.

— Вия… скажи, пожалуйста, я могу тебе помочь? Пожалуйста! Я очень хочу тебе помочь.

Она подняла опущенную голову.

— Хочешь мне помочь? — ее голос зазвучал вдруг с какой-то новой интонацией… более саркастической, что ли. Да и показался ниже. — Не ломай комедию. Люди не нужны друг другу. Они друг друга не видят. Только и делают, что подгоняют друг друга под выгодный им образ. Вот взять хоть тебя. Ты привык ко мне, и считаешь меня человеком, наделяешь человеческими чертами. А это не так! Меня вообще нет! Ты меня себе придумал, понял?!

У меня вдруг ослабли ноги. Я подумал, что сейчас самое время замереть у стены, буквально прилипнув к ней спиной, и потерять во рту собственный язык, не в силах ничего сказать. А затем промямлить что-то невразумительное непослушным голосом и выйти отсюда прочь — потому что окак на такое ответишь?…

— Не говори ерунды, — сказал я мягко. — Ты — это ты. Ты что, думаешь, у тебя нет души? Или нет судьбы? Кто сейчас говорил со мной? — я шагнул к ней ближе.

— Ты знаешь про них? — ахнула она.

— О боже настоящий, как любит говорить Стар! — я закатил глаза. — Если бы не знал, я бы сейчас просто-напросто решил, что ты переутомилась, сделал ручкой и ушел, чтобы ты отдыхала! Да, знаю. Мне Святая рассказала.

— Какая удобная святая… — хмыкнула Вия. — И что она тебе еще рассказала?

— Много чего, — пожал я плечами. — Хотя это плохо, конечно. Я был бы рад больше, если бы ты сказала сама. Ну, — я сделал еще шаг, — так кто же со мной все-таки говорил?

— Менестрель, — она глядела на меня с вызовом.

— А теперь кто отвечает?

— Старый шаман.

В два или три шага я пересек оставшееся между нами пространство, схватил Вию за руки и сдернул с кровати, заставляя встать.

— Пойдем-ка, — сказал я. — Я твое лицо плохо вижу.

И потащил ее к окну, под тот самый луч света. Взял за подбородок, заставляя приподнять лицо… другая девушка бы гневно стряхнула мою руку, Вия не прореагировала.

Более того, она не щурилась и не смущалась.

— А кто сейчас на меня злится? — спросил я мягко. — Так злится, что убить готов?

Тут она моргнула и замешкалась с ответом. Наконец ответила:

— Сестра…

— А кто меня боится?

Ей сказать было нечего, и она опустила глаза.

— Вот… — только и мог я сказать.