В то же самое время в словах Сектри крылось что‑то такое… И тут он понял.

– Но откуда тебе все это известно? Бус рассказывал нам о Библиотеке. Он сказал, что там обучаются только дети офицеров.

– Уэйн говорил.

– А…

– Некоторое время мы жили вместе. Я никогда не рассчитывала на то, что он женится на мне, я не офицер, но когда он… В общем, он много историй мне понарассказывал. Библиотека раньше была частью косморакеты. Нам никогда не построить ничего подобного.

– А как она выглядит? И где…

Девушка потрясла головой, волосы ее разлетелись в разные стороны, словно языки живого пламени.

– Сама я никогда не видала ее. Хотя не отказалась бы. Интересно, может, я как‑нибудь смогу заговорить охрану и проскользнуть мимо…

Охрана. Это та дверь.

Голоса и все происходящее подернулось странной дымкой. Сектри вся мерцала, самая красивая женщина во всем Дымовом Кольце. Разер покрепче ухватился за шест. Предложить офицеру Флота, да еще такого высокого ранга, делать с ним детей казалось теперь Разеру в высшей степени безумием. Карлот предупредила: это может очень сильно обидеть ее. Но он никогда не встречал такой женщины.

– А потом он женился на женщине трехметрового роста и худой, как оперившаяся змея. У нее такое лицо, что от нее даже бурильщики шарахаются, а когда она вынашивает гостя, то становится похожа на длинную палку с узлом посередине. Но она офицер.

– Из‑за денег.

– М‑м? Нет. Из‑за положения.

– Из‑за денег, – снова отчетливо проговорил Разер, – из‑за каких‑то денег Карлот выходит замуж за Раффа Белми. – Он уже не управлял своей речью.

– А… Эта темненькая девочка, дочь Сержента? – По ее губам промелькнула легкая улыбка и тут же пропала, но Разер успел заметить ее. – И из‑за положения тоже.

– Ты видела нас.

– Ага. – Снова на ее губах заиграла улыбка.

– А у тебя есть ранг?

– Я Босан. Команда.

– А у меня?

– Нет. Ну и что из того? Если тебе требуется ранг, вступай во Флот. И ты войдешь в команду.

– А ты тогда выйдешь за меня замуж.

Он точно не управлял собой. «Бахрома». Она смеялась так долго, что с трудом смогла остановиться.

– Мы только познакомились. Сколько тебе лет?

– Пятнадцать.

– А мне двадцать восемь. Где ты хочешь жить?

– На Дереве Граждан. На любом другом дереве.

– А Карлот, скорей всего, хочет остаться в Адмиралтействе.

– Да ну ее в Устье, эту Карлот.

– Я тоже хотела бы остаться здесь.

– Ты хочешь делать со мной детей? – с изумлением услышал он самого себя.

Пока она обдумывала его предложение, Разер всей душой сожалел, что не умеет становиться невидимым.

– С удовольствием, – ответила она.

Неподалеку от купола дрейфовало несколько пушистых шаров джунглей. На некоторых из них были вырезаны эмблемы семей. Они выбрали необитаемый шар и облетели вокруг джунглей, чтобы убедиться, что не ошиблись.

– Теперь тихо, – сказала Сектри.

– Но здесь никого нет, кроме нас да вспышников.

– Если мы вспугнем вспышников, какой‑нибудь любитель мясца может примчаться сюда за поживой.

Он скользнул в листву следом за ней. Пушистые джунгли оказались полыми изнутри. Тысячи вспышников, беспокойно захлопав голубыми с желтым крыльями, отлетели немного в сторону.

Они разделись, скатали одежду и запустили ею прямо в середину стаи, породив тем самым большую суматоху в птичьих рядах.