– Дело в сильном влечении – физическом и эмоциональном. Я это понимаю, и вы понимаете. – Он не отрываясь смотрел ей прямо в глаза. – Ведь понимаете?

– Да, – выдохнула она.

– Понимаете, – кивнул Джейк. – Мне приятно с вами, и вам, по моему, тоже приятно со мной. Верно?

– Да.

– Вот и хорошо. – Джейк глубоко вздохнул и заговорил без обиняков:

– Я не отстану от вас. Я хочу обладать вами. – Он решительно покачал головой. – Нет, не совсем то. Я хочу раствориться в вас. До безумия хочу, до зубной боли. – Он еще раз глубоко глубоко вздохнул. – Но клянусь, я не стану наседать на вас. Буду ждать, когда вы сами… сами мне скажете, откровенно, не боясь, что хотите меня. – Он заставил себя улыбнуться. – Мне это нелегко дастся… но я буду ждать.

– Джейк… я… – Слезы увлажнили ее прекрасные глаза, и эти слезы почти доконали его.

– Пожалуйста, Сара… не плачьте, или мне придется утешать вас, прижимать к себе, и я опять под шелком почувствую ваше тело и… – Он осекся, отступил назад, повернулся и, с силой дернув ящик буфета, вытащил оттуда кухонное полотенце. – Вы вымыли посуду, а вытирать буду я.

– И хорошо, – рассмеялась Сара и чихнула, – а за этим важным делом вы сможете, между прочим, рассказать мне историю вашей жизни. Баш на баш, как говорят.

Глава 5

– Я появился на свет, когда в дощатой нищей лачуге на задворках Редингенской железной дороги часы пробили полночь…

Пробили полночь? Дощатая лачуга? Забыв про стаканы, которые как раз терла мыльной тряпкой, Сара повернулась к рассказчику.

На лице Джейка было ласковое, невинное… чересчур невинное выражение. Глаза, правда, смотрели виновато.

– А дальше? – подстегнула она, глядя на него с насмешливой, вернее, скептической улыбкой.

– Стояла чернильно черная грозовая ночь. Сара округлила глаза.

– Именно так. – Улыбка, скользнувшая по его губам, вовсе не вязалась с обиженным тоном. – И холодная, очень.

– Да да. – Сара подавила желание расхохотаться. – Я слушаю, слушаю.

– Тул буйный ветер… и тележка дворника опрокинуться, – продолжал Джейк с густым пенсильванско голландским акцентом, цитируя – скорее всего, как подозревала Сара, неточно – строку из «Опасного Дэна Мак Гру».

Сара не выдержала. Упустив из виду, что в руке у нее мыльная тряпка, она поднесла ладонь ко рту, чтобы заглушить рвавшийся наружу смех, и тут же задохнулась: паста для мытья посуды попала ей на язык.

– Так вам и надо, – мстительно сказал Джейк, но тут же, отодвинув ее от мойки, налил в стакан воды, чтобы Сара прополоскала рот. – Это вам за то, что не верите мне.

– Простите великодушно, – взмолилась Сара и сморщилась: вода тоже отдавала пастой. – Я больше не буду.

– И хорошо сделаете, – с укором согласился Джейк, но не выдержал и озабоченно спросил:

– Ну как, прошло?

– Да, прошло, – улыбнулась Сара, желая убедить его. – Чем бы только смыть этот ужасный вкус?

– Вином? – Джейк повернулся к столику, на который поставил фужер.

– Нет, не надо вина, – задержала его руку Сара. – Право, мне достаточно.

– Что нибудь безалкогольное? – засуетился Джейк, поворачиваясь к ней снова. – Сок? Чай? Кофе?

– У вас найдется кофе без кофеина?

– О чем речь. – Джейк уже заряжал кофеварку. – Сейчас будет.

– Ну а пока накапает, я домою посуду, – заявила Сара, опуская руки в раковину.