Опять перед глазами возникла паутина связей вроде той карты торговых путей, что в детстве ему показывала мама.

Он может уехать, попасть в другое место. А оттуда – в третье. Рано или поздно он окажется в точке, из которой выходит множество лучей, ведущих очень далеко отсюда.

Во внешний мир.

Тут-то он их и заметил.

Мозг сперва отказался осмыслить увиденное. На горизонте двигались какие-то черные тени. Невозможно!

Тени были уже совсем близко. Метрах в двадцати-тридцати от Мюсены. Вопреки всему – вопреки отчетливому понимаю, что так делать нельзя, что за это можно поплатиться жизнью, – Святослав предостерегающе вскрикнул.

Мюсена вздрогнул, сел. Угодил в кострище, пытаясь вскочить на ноги, разбросал по земле угли. Тени надвигались. В темноте мелькнули белые бивни. Один из мамонтов подбежал к Мюсене и, тряхнув головой, поддел его одним бивнем и подкинул в воздух.

Мюсена ударился оземь, покатился. Опять хотел встать. Мамонт взревел и, опустив голову, кинулся на него. Он прошел прямо по нему, и от Мюсены не осталось ничего, что хотя бы отдаленно напоминало человека.

На этом мамонт не остановился. Сделав круг, он развернулся и побежал прямо на Святослава.

Быстро. Очень быстро. Святослав уже это видел, когда вместе с отцом и остальными убивал двух молодых самцов. Не верилось, что такая громада может передвигаться с такой скоростью.

Мамонт стремительно приближался, и убежать от него не смог бы ни один человек.

Тогда Святослав понял.

Ты когда-нибудь слышал, чтобы мамонты такое творили… Нападали на людей? Они нас как будто выследили!

Мамонты вымерли, малой. Никто не знает, на что они были способны при жизни. Эти твари – вообще не мамонты…

Святослав понял: это она.

– Дамира! – закричал он. – Дамира! Стой!

Он упал на колени. Свернулся в клубок, инстинктивно сцепив руки над головой, словно это могло как-то его спасти, и приготовился умереть.

11

– Стрелять надо с расстояния ста метров, не меньше, – сказал Константин.

Энтони кивнул.

– Если целишься сбоку, ищи ушную складку. Если спереди, стреляй промеж глаз. Ключевой момент – визуализировать цель. Нарисуй в воображении названные мной метки, представь, как расположена между ними мишень, – и дело в шляпе. Кажется, что попасть в мозг мамонта несложно, однако вся загвоздка в том, чтобы правильно выбрать угол. Охотник существенно ниже мамонта ростом, это надо учитывать. Плюс делать поправки на расстояние.

– У меня есть опыт. Я уже стрелял в слонов.

– Что? – вмешался Владимир. – Когда?

– Есть такие парки, где за деньги можно поохотиться на кого угодно. Режимные объекты. Никто о них не знает. Вот только слоны, рожденные и выращенные в неволе, совсем не то что дикие. Охотиться на них легко. Так себе приключение.

Владимиру пришло в голову, что существует два Энтони. Одного он хорошо знал: то был безукоризненно одетый, сдержанный мужчина, которого не тяготило собственное исключительное богатство. Сам Владимир рос в обычной, непривилегированной семье, однако они с Энтони дружили уже больше десяти лет. За это время он успел хорошо изучить общество ультрабогатых. Нет, они не относились к определенному «типу» людей, однако некоторые общие черты у них были. Все они жили, по сути, в изоляции. Финансовые менеджеры, личные ассистенты, телохранители и всевозможные слуги образовывали вокруг них совершенно неприступную живую крепость. Все они были циниками. Это и понятно: взять приступом подобную цитадель могли только подхалимы, благотворительные организации и предприниматели всех мастей, ищущие спонсоров для воплощения своих авантюрных проектов.