– Все хорошо, Джеффри, – сказала она, погладив ребенка по голове. – Он не обижал меня. Мы просто… немного поспорили.

– Правда?

– Правда, – поддержал Рейз. – А теперь давай ка посмотрим, какие тут у нас «В».

Успокоившись, Джеф протянул дощечку Рейзу.

– Замечательно! – восхитился тот. Джеф неуверенно посмотрел на Грейс.

– Да, ты очень хорошо написал их, Джеффри, – подтвердила она. – Сегодня вечером потренируйся писать эти буквы, но так, чтобы никто не видел. Хорошо?

– Да, мэм.

– А теперь мне пора идти. Ты беги вперед. Можешь взять эту дощечку, только никому ее не показывай.

Когда малыш убежал, Грейс строго посмотрела на Рейза: тот улыбался. Прежде чем она успела заговорить, он снова потянулся к ней:

– Вы ведь хотели поскорее остаться наедине со мной? Она уклонилась от его нетерпеливых рук.

– Что вы намерены делать с… с тем, что сегодня узнали? Глаза Рейза понимающе блеснули, улыбка стала шире.

– А… Не знаю.

– Прошу вас, – выдавила Грейс, ненавидя себя в эту минуту. – Я не могу потерять эту работу. Миссис Баркли не знает о том, что произошло в Нью Йорке.

– Я понимаю.

– Вряд ли. Но я очень прошу вас не вмешиваться в это. Глаза Рейза сверкнули:

– А что я получу в благодарность за молчание?

– Что вы имеете в виду? – посмотрела на него Грейс с подозрением.

– А как вы думаете? – спросил он дерзко, беззаботно.

Грейс задыхалась, щеки ее пылали.

Ему тоже не хватало воздуха, сердце учащенно билось.

– Плата за мое молчание – поцелуй. Грейс едва сдержала взрыв негодования.

– Вы, сэр, невыносимы! – Она возмущенно отвернулась.

– Но неотразим, – подсказал Рейз тихо, очень близко от нее, слишком близко.

– Не для меня!

– Когда я получу мою награду?

– Уж разумеется, не сейчас, – сказала Грейс, отойдя подальше и повернувшись к нему лицом. – И вообще никогда! Вы жалкий, бессовестный негодяй! Если б вы в самом деле были джентльменом, то молчали бы без всякой награды.

– В таком случае вы правы. Я негодяй, развратник и… как там еще? Ловелас и деспот?

Он снова насмехался над ней. Она вздернула подбородок:

– Мне надо идти.

– Так когда же я получумой поцелуй? – настаивал Рейз.

Грудь ее тяжело вздымалась. Ему неведомы угрызения совести. Она не сомневалась, что, если откажет ему, он выдаст ее тайну. Риск был слишком велик.

– Сегодня вечером.

Глава 6

Мысль о том, чтобы соблазнить Грейс, мелькнула пару раз в его голове. Но он понимал, что это нехорошо. Ведь если б он всерьез вознамерился это сделать, то непременно добился бы своего. Грейс была беззащитна перед его искусными, неоднократно испытанными приемами опытного донжуана. Сознание этого порождало в нем чувство вины. Будь его воля, уехал бы из Натчеза сейчас же, сию минуту, вместо того что бы прятаться за амбаром, ожидая свидания с ней. И поцелуя.

Неужто Грейс и правда считает его подлецом, способным донести на нее Луизе Баркли? Это огорчало его. По видимому, она и в самом деле самого что ни на есть худшего мнения о нем. Рейз попытался вспомнить кого нибудь в своем прошлом, особенно женщину, кому бы он не понравился. И не мог припомнить ни одного случая – вплоть до сего дня. А вот Грейс он не нравился.

Ладно, поцелуй – еще не обольщение. От одного поцелуя ни с кем из них ничего не случится. И уж конечно, он заслуживает куда большего, чем один поцелуй…

Но придет ли она? Рейз весь горел от нетерпения.