Рейз приподнял бровь:

– Тогда представь себе такие заголовки: «Нападение на школьную учительницу. Шериф оставляет преступников на свободе».

– Чего ты, собственно, добиваешься?

– Я хочу, чтобы этот тип оказался за решеткой, и я хочу, чтобы он предстал перед окружным судьей, когда тот на следующей неделе приедет в город.

– Ты напрашиваешься на неприятности, парень.

– Нет, – спокойно возразил Рейз, – это ты напрашиваешься на неприятности. Попробуй посмотреть на дело с такой стороны: ты можешь заработать либо хорошую, либо дурную славу. Но, будь я на твоем месте, я бы не стал забывать, что в этом году выборы.

Глава 14

Через несколько дней Грейс отправилась в мэрию и попросила принять ее. Она представилась как знакомая учителя Аллена Кеннеди из Нью Йорка. Натчез был маленький городок, и мэр Шайнрайх сразу догадался, что она та самая гувернантка из Мэлроу а, которую, как болтали городские сплетницы, Луиза Баркли уволила, приревновав к Рейзу Брэгу.

– Я бы с большим удовольствием заменила в школе Аллена Кеннеди, пока он не поправится, – без долгих предисловий заявила Грейс.

Шайнрайх сначала удивился, потом, к облегчению Грейс, страшно обрадовался:

– Это замечательно! Я просто не представлял, где мне найти человека, чтобы на время заменить Кеннеди. Вы, наверное, знаете, милая, что существует некоторое, хм… сопротивление нашей новой системе общественных школ?

– Я слышала об этом. Но вы, кажется, поддерживаете ее?

– Я республиканец, – гордо ответил Шайнрайх, потом спросил:

– Полагаю, вы обсудили этот вопрос с мистером Кеннеди. Он согласен?

– Ну… да.

Ей пришлось посвятить выздоравливавшего Аллена в свои планы, и он в конце концов согласился.

Итак, у нее есть работа, по крайней мере временная. Жалованье до смешного низкое – три доллара пятьдесят центов в неделю. Ей обязательно нужно найти дополнительный заработок, причем немедленно, пока больница не начала забрасывать ее счетами за лечение матери. Как и всегда при мыслях о матери, душа ее наполнилась печалью и страхом. В тот вечер Грейс была слишком взволнована ожиданием завтрашнего дня, чтобы есть. Она рассеянно ковыряла в тарелке, мыслями уже перенесясь в класс, куда она войдет утром. Чарльз Лонг, ее сосед по столу, вернувшийся с войны с покалеченной ногой, понял ее:

– Что, ждете не дождетесь, когда же наступит завтра, Грейс?

Она подняла глаза, улыбаясь, готовая поделиться своими переживаниями, и тут увидела Рейза: он сидел на своем обычном месте, наискосок от нее. Он перестал есть и пристально посмотрел ей в глаза.

– Я просто в восторге, Чарльз.

– Вы нашли место? – спросил Рейз.

– Ну да, нашла, – пробормотала она, начиная нервничать, и поскорее опустила глаза, не в силах выдержать его взгляда, уверенная, что он будет против, если узнает, что это за место.

– Вы должны рассказать нам, дорогая, как пройдет ваш первый день. Аллен будет так рад. Я уверена, что для него это большое облегчение, – сказала Харриет.

Рейз положил нож и вилку и откинулся на спинку стула. Его взгляд жег ее.

– Да, конечно. – Грейс чувствовала, что нужно немедленно сменить тему. Как ей только пришло в голову, что удастся скрыть от него свою новую работу? А впрочем, ей то что до того, одобрит он или нет?

– Харриет, – быстро проговорила она, – цыпленок просто изумительный. Вы не могли бы дать мне рецепт?

– Ну конечно. С удовольствием.

– А чем именно, – сверлил ее взглядом Рейз, – вы собираетесь заняться?

Побледнев, Грейс потянулась за кофе.

– Мне разрешили поработать за Аллена в общественной школе.