В семьях рабочих туфелек не было, были ботиночки, и… они были здесь.

— Вы сказали: «Берегла же, как могла берегла». Что вы имели в виду? — спросила, настороженно разглядывая стул.

Женщина, прижимая к себе пальто дочери, гулко сглотнула, и с трудом выговорила:

— Дети уже пропадали, мисс Ваерти. Вот мы с мистером Вергом и перестали посылать Илиаса отнести покупки покупателям, мы… он… И на вход звоночек поставили, такой, чтобы, когда дети из дому, чтобы у нас слышно было, мы… Куда же он уйти мог посреди ночи то, мисс Ваерти?

— Никуда, — тихо ответила я, и, протянув руку к стулу, произнесла отчётливо: — Quod vera imago!

Заклинание истинного облика всколыхнуло пепел, на который я сразу обратила внимание, и как наяву возникли и ботиночки, аккуратно стоящие под стулом, и тёплая куртка, и тёплый крупной вязки свитер, и шапка, и даже шарф с рукавичками. Мальчик никуда не уходил! Вещи сожгли. Сожгли так, как умеют сжигать только драконы — виртуозно управляя пламенем, а потому ни стул не обгорел, ни на полу подпалин не осталось.

И миссис Верг грузно осела на пол, переводя потрясённый взгляд с меня, на призрачную иллюзию возникших из пепла вещей.

Я же медленно прошла в комнату, подошла к кровати, нашла на серой льняной простыне волосок, тёмный, не как у девочек близняшек, а скорее того же оттенка, что и у старшей сестры, и держа его, прошептала:

— Ne me! — веди меня.

И волосок дрогнул, наливаясь синим светом, вырвался из моих пальцев, и полетел прочь из комнаты, а я поспешила за ним, как и миссис Верг, обронившая пальто дочери, и путающаяся в своём, даже не замечая этого.

* * *

По лестнице вниз я сбежала легко, миссис Верг едва не кубарем, я была вынуждена остановится и помочь ей встать, а затем, придерживая юбку, бросилась уже почти бегом.

Волосок, искрясь синим сиянием, летел, летел, летел — облетая посетительниц, рулоны тканей, прилавки с готовым платьем, и устремляясь… к торговой стойке, где упал, теряя всяческое сияние, прямо на большую картонную коробку, которую в этот момент упаковывала девушка, которую я могла бы назвать полным отражением дочери миссис Верг.

— Тиали, где тебя нелегкая носит? — возмущённо спросила она.

И тут же, дежурно улыбаясь надменной Беллатрикс Арнел, поспешила, льстиво лепеча:

— Одно мгновение, леди Арнел, я позову Густова, он донесёт коробку до вашей кареты.

— Поторопитесь! — прошипела драконица. — Вы сегодня отвратительно медлительны, Анн, словно шлялись всю ночь по кабакам, зарабатывая себе на приличное приданное!

Девушка от возмущения побагровела, в глазах её блеснули слезы, но она мгновенно опустила голову, скрывая эмоции перед знатной посетительницей.

А вот я вспомнила одну примечательную мелочь, сказанную миссис Верг: «И на вход звоночек, поставили, такой, чтобы, когда дети из дому, чтобы у нас слышно было». И вот получается, если сейчас из дверей выйдет Густав, то… колокольчик зазвенит, но на это едва ли кто-то обратит внимание, ведь Густав тоже сын миссис Верг!

Глава 3

Ведь подобные магические сигнальные маяки изготавливаются с ориентированием на кровь. Кровь той семьи, что заказывала сигнализирующий маяк.

А значит, маленький Илиас сейчас не просто в этой коробке для платьев. Он находится в коробке того, кто превосходно спланировал это преступление и собирался уйти безнаказанным и неопознанным!

— Тиали, отойди, — шикнул на меня высокий парень со светлыми волосами, обходя и берясь за коробку.