Она не сделала ни одного движения, но как будто отстранилась.

– Понимаю.

И вдруг снова подняла голову.

– Ты ищешь драгоценности Матильды или что-то конкретное?

Кама оценил ее ход и ответил на прямой вопрос прямо:

– Теперь и то, и другое.

– Гребень? – догадалась она.

– Иногда я сомневаюсь, что он вообще существует.

– Один мой друг считает, такой вещи трудно затеряться.

– Пока удается.

– Я сказала ему то же самое. Но сейчас…

По-прежнему избегая ее взгляда, он поинтересовался:

– Что сейчас?

– Румянцев был уверен – гребень существует и находится где-то рядом.

– Он был одержим. Нельзя верить бредням безумца.

Уходишь от разговора? Вот уж теперь – дудки!

– Румянцев отнюдь не безумен и действовал не спонтанно, – начала она. – Уверена, у него был четкий план поисков. Наверняка есть что-то вроде списка тех, кто мог знать, где спрятан гребень. По этому списку он и шел. Сначала ювелир на Крюковом, к которому Матильда заезжала перед бегством из Петрограда. Потом обходчик из Стрельны. Он хорошо знал территорию и был доверенным лицом хозяйки. Мог участвовать в оборудовании тайника. Столяр Найденов работал в особняке. Без него никакого тайника не соорудить.

– К Грачеву твой старый друг пришел после вас.

– Я раньше думала, что это мы его навели. А тут еще слежку заметила. Решила, раз это твоих рук дело, ты и есть преступник. Мне с самого начала казалась подозрительной случайность наших встреч.

– Слежку я установил, но Румянцеву Грачева не сдавал.

– Зачем тебе понадобилось следить за мной?

– Начальство настаивало. Ты могла привести нас к цели коротким путем.

Он врал, но, кажется, вполне искусно. Начальство о ней ничего не знало, иначе давно приказало бы взять в оборот. Слежка понадобилась, когда он выяснил, чего хочет от нее Румянцев. И что от Румянцева ждет Артемьев.

– Моего помощника Векшина следует отпустить.

– С какой стати?

– Он – человек полезный. Без него мне станет трудней действовать. К тому же…

Он уже было собрался сообщить, в каком ведомстве этот помощник служит, но передумал. Его освобождением займутся другие.

Она все ждала разъяснений, но вместо этого Кама поинтересовался, что она теперь думает о Румянцеве. Анна скривилась, как от боли.

– Бессмысленно ругать себя за то, что не подозревала его, хотя многие нюансы сразу бросались в глаза. В разговоре он много раз ошибался, говорил то одно, то другое. Приходил к моему начальнику специально, чтобы восстановить со мной отношения. Он знал, что я веду это дело.

– Румянцев был уверен, что на него вы не выйдете. А следовательно, и на клад Кшесинской тоже.

– Вот тут ты неправ. На тему клада я бы вышла все равно. Никита давно меня знает. К тому же это было немудрено. В Стрельне я поняла, что жертвы каким-то образом связаны. Рудницкий навел меня на Кшесинскую. А в чем может заключаться интерес к ней преступника? Все просто. Грачев, теперь я уверена, был в списке Румянцева изначально, а не после нашего набега.

– Мысль о том, что кто-то передавал Румянцеву информацию, ты отметаешь бесповоротно?

– Никита действовал в одиночку. Все указывало на это.

– А что, если напарник все же существует и теперь, после смерти Румянцева, продолжит поиски гребня?

– Другими словами, ничего не кончено и убийства будут продолжаться?

Разволновавшись, Анна села на постели, забыв, что голая.

– Если так, то мы должны опередить преступника.

– Есть идеи, как это сделать?

– Надо найти список Румянцева и пройти его путем.