— Ведьма, ты где⁈

В лесу раздались голоса.

— Грецкий! Если ты сдашься, мы сохраним тебе жизнь!

Резко обернувшись, я понял, что охота теперь началась за мной… Что, мой посланник добежал? Меня распирало любопытство, жив он остался или всё-таки умер, но спросить пока что было не у кого.

Рукой я нащупал сумку. Схватил за перерезанную лямку и выглянул из-за поваленного дерева, на конце которого, словно распятый, висел эльф, который и свалил это самое дерево. Оно, кстати, чудом не пришибло меня, пока я валялся без яри.

Безъярь! Хм-м… Я, кажется, начал понимать значение этого оскорбления. Беспомощный я безъярь!

По лесу, снова растянувшись цепью, шли пятеро. Четверо впереди и один чуть позади, за их спинами — явно лидер. Кажется, тот левый, который сидел у костра рядом с убийцей моей матери.

— Сволочи, — прошептал я.

А потом уставился на железный щит, висящий на сломанной руке эльфа. Погнутое железо, кажется, повторило контуры моего плеча, а в центре щита виднелся сломанный шип, на который я и напоролся.

Так вот он какой, удар плечом, подпитанный ярью? Ух!

Кровь из моего плеча так и струилась, махрясь тёмными каплями на кончиках пальцев. Повинуясь мигу вдохновения, я быстро намалевал на щите герб нашего рода Грецких. Орех и треснувший молот над ним.

Пусть мрази догадаются, что я всё знаю, и захлебнутся ужасом.

Затем, пригнувшись, я быстро двинулся через лес, но не от преследователей, а в сторону. Я чуял, что сейчас самый разгар действия боевых зелий, а значит, мне следовало быстрее добраться до главной добычи. Враги меня, судя по всему, пока ещё не видели, и это было моим преимуществом.

Но большой крюк я делать не стал, лишь добрался до ниши между корней какого-то засохшего исполинского пня и там засел. Велена так и не появилась в отражении. Какого хрена⁈ Её что, тот мутант как-то убил? Это невозможно!

Моя рука так и кровила, и на немеющем плече обнаружился довольно глубокий порез. Как бы не до кости… Кстати, а не от этого ли обратился этот сраный эльф⁈

— Эльфячью твою бабушку, — ворчал я, пока лез в сумку и перебирал бутыльки.

Вытащил кровавые сопли. Понюхал. Да, ещё одно «запирающее кровь».

Подумав, я плеснул немного на ладонь и растёр по ране. А остальное, для смелости выдохнув и задержав дыхание, выпил залпом.

Да это и вправду троллевы сопли, что ли⁈ Ух, ё-о-о!!! Троллевы… сраные… сопли! А вообще, зная Велену, это может оказаться истиной. Да она ещё и похихикает, когда узнает.

Где эта стерва? Почему не выходит на связь? А кого я убивать буду, когда найду способ воскресить⁈

Морщась и борясь с приступом тошноты, я глянул на плечо. Оно было всё так же измазано в крови, но новых ручьёв не виделось. Ого, а тактическая медицина в этом мире на высоте!

Так, теперь думаем… Где Велена?

Глядя на меч и на свою растерянную окровавленную мордашку в отражении, я вдруг вспомнил, что этот меч по собственной воле вонзился в монстра, пробив ему грудь насквозь, да ещё и застрял. Сколько в этом действии было силы клинка… и сколько силы ведьмы?

Запертая в моём сознании, сколько она вообще сил имеет? Может, тоже обессилела от одного удара, и её надо покормить?

Я растерянно почесал подбородок. Потом, подумав, достал ещё одну ягодку и съел. Лес на мгновение вспыхнул, знаменуя новую порцию яри, которая, судя по всему, просто выплеснулась в мир… или осталась внутри?

Да не знаю я! Ни хрена не знаю! Гадство…

Рядом хрустнули ветки.

Я спокойно наблюдал, как мимо моего укрытия, осторожно оглядываясь, прошёл воин. Тоже эльф, он держал в руках арбалет и зорко всматривался в абсолютно тёмный для него лес.