Мне пришлось отбросить арбалет, выхватывая меч. Но воин, не добежав до меня пару шагов, тут же выгнулся, захрипел, а потом, сделав пару пьяных шагов вбок, рухнул прямо на круг, окружающий графа. Эльфеяров всё это время стоял, выкручивая в руках какой-то медальон, и безумно хихикал.

Едва воин коснулся чёрных рун, как истошно завизжал. Катаясь по земле, спустя мгновение он изошёл дымом изо всех щелей, а потом занялся густым золотым пламенем. Я отпрыгнул, чувствуя дохнувший в лицо жар.

Заржали перепуганные лошади, отрывая привязи, и метнулись в лес. Одна чуть не сбила меня, и мне пришлось ещё шагнуть назад. Но едва круп лошади пронёсся передо мной, как вдруг на меня налетел Эльфеяров.

Мой меч, едва не вылетев из рук, метнулся отражать удар. И наши клинки запели, звеня в опасной близости от моего лица — граф атаковал, и его удары становились всё яростнее и яростнее. Я чудом блокировал выпады, понимая, что Эльфеяров оказался неимоверно искусным бойцом, и меня спасало только мастерство Убийцы Троллей.

— Ты сдохнешь! Сдохнешь! — я едва успел увернуться, когда вражеский меч высек щепки из сосны за моей спиной, — Прямо здесь сдохнешь!

Я стал хуже видеть в темноте, зелья выдыхались. Может, всё-таки была права Велена, и надо было слушать её?

Прямо передо мной вдруг вспыхнула золотая руна, от которой мне пришлось уворачиваться. Позади зашелестели срезанные острым вихрем веточки — оказалось, Эльфеяров ещё и умелый яродей воздуха.

— Граф, надо сначала выяснить, где княжна! — донеслось сзади.

— Заткнись, Веригин! Убей его!

— Нет, я в Качканар! Свяжусь со Старшими!

Я слышу, как позади хрустят ветви… А потом на размышления не остаётся времени, и несколько секунд я просто сражаюсь за свою жизнь, потому что на меня напали ещё двое.

Отражаю удар сзади, отпрыгиваю, отбиваю ещё один удар. Убийца Троллей творит неимоверные чудеса, но моего мастерства явно недостаточно, и нам с ним всё труднее кооперироваться.

Мне повезло, что граф отвлёкся на какого-то Веригина, тоже появившегося из леса. Кажется, это второй его помощник, сидевший с ним за костром.

— Я сказал — убей Грецкого!!! — зарычал Эльфеяров и поднял ладонь, в которой был зажат ещё медальончик. Судя по изумлённым глазам графа, что-то должно было произойти, но этого не произошло.

Мне рассекают плечо, но я в ответ успеваю воткнуть меч в живот врагу — воткнуть и выдернуть. Вот только воин, не смотря на рану, снова бросается на меня, едва на снеся мне голову.

Мне впервые стало страшно. Воины со стеклянными глазами получили приказ убить меня, и собирались сделать это, пока дышали.

— Веригин! Твою эльфячью мать! — вижу тень Эльфеярова, он метнулся через костёр вслед за каким-то всадником, — Приказываю! Стой!

Но Веригин, поймавший и оседлавший лошадь, уже скрылся в лесу, не обращая внимания на крики графа.

— Ну, значит, ты сдохнешь, как та отступница… — Эльфеяров вдруг бросает медальончик в костёр.

В это время первый раненый мной воин всё-таки падает от потери крови, но продолжает ползти ко мне с клинком, несмотря на близкую смерть. Получив лёгкую передышку, второго я атакую с выбросом яри… и голова воина разложилась на две половинки, которые удивлённо таращились на разрубленный меч.

Пришлось бить прямо по летящему на меня мечу, и его обрубок посёк мне плечо, уже в который раз. У меня в глазах потемнело, и я, упав на колено, тут же зашарил в поясном кошельке. Либо меня без волшбы утомила эта схватка, либо Убийца Троллей тоже требует яри. Где ягодки, где мои ягодки?

Мир чуть вспыхнул, когда я подкрепился, но резко вставать и сражаться желания у меня не появилось.