— Дурень, какой же ты везучий! — только и вырвалось у Велены, которая наконец обрела дар речи, — Я, когда заснула от бессилия, думала, что ты не выживешь…

— В смысле «везучий»⁈ — искренне возмутился я, — Вообще-то, у меня был очень чёткий план.

Я не стал ей говорить, что пару раз моя жизнь и вправду висела на волоске. Да и судя по глазам велены, отражающимся в клинке, она мне особо-то и не поверила.

— Ладно, орф, — вздохнула ведьма, — Собираем трофеи и возвращаемся за княжной.

— Трофеи?

— А ты думал, они с пустыми руками сюда притащились⁈

Я со вздохом подтащился к куче пожитков, оставшихся там, где были привязаны лошади. Кстати, одни из них фыркала недалеко среди деревьев, вернувшись к хозяевам.

— Тут один сбежал, — решил сказать я, — Насколько понял, Эльфеяров не хотел, а тот… кхм, Веригин, вроде… А он хочет рассказать каким-то другим Чистокровным о княжне. Старшая Кровь, так вроде.

— Это и плохо. У нас ещё есть время, но надо спешить в Качканар.

Глава 13

Целое состояние

За сбежавшим чистокровным я, конечно же, не погнался. Лишь быстренько собрал трофеи, следуя указаниям ведьмы, да покинул место побоища.

Лошадь волновалась от близости крови, но оказалась довольно послушной и привычной к человеку, поэтому скоро мы выехали из леса и стали подниматься в гору. Оставалось преодолеть небольшой перевал и подняться на соседний холм, тоже лысый и без единого деревца.

Именно там скрывалась ведьмина избушка и, надо сказать, скрывалась умело — даже я со своей способностью видеть руны ничего толком не видел, лишь блеск каких-то светлячков, танцующих в лунном свете.

Ведьма всё поторапливала меня, ругаясь и волнуясь.

— Иссохни моя ярь! Давай, орф, побыстрее. Чего эта кляча так плетётся?

— Да что случилось-то, Велена? — спросил я, поднимая взгляд на яркую луну, вышедшую, наконец, из-за облаков.

— Полная луна, рядом дикий Омут, и тут же творилась чёрная волшба, — протараторила тёмная эльфийка, — Поверь моей интуиции, Грецкий, нам лучше поскорее оказаться под защитой избы.

Словно в подтверждение над холмами раздался вой. Конь испуганно захрапел и, взбрыкнув, взвился на дыбы. Я еле удержался, хотя у меня самого от этого воя вспотели руки и сжалось сердце.

Ведьма, маячащая в полированном шаре рукояти у меня за спиной, что-то зашептала, и лошадь вдруг успокоилась. Она-то успокоилась, но у меня сердце готово было выпрыгнуть из груди, и когда вой раздался второй раз, я чуть шею себе не свернул, резко обернувшись в ту сторону.

Хоть я и сражался уже и с всплеснувшими волками, и с мутировавшими воинами, но это явно была совсем другая тварь. И что-то такое было в её вое, что мне совсем расхотелось встречаться с ней.

Я всё же подстегнул коня, чуть ускорив. Ночью скакать галопом по холмам и горам было опасно, лошадь могла легко переломать ноги, да и я могу навернуться будь здоров. Поэтому приходилось искать компромисс.

Вой раздался снова, но уже где-то гораздо дальше. Велена облегчённо выдохнула:

— Быть может, учуял след того самого Веригина? Или ещё какую дичь нашёл, тут же лошадей полно бродит… А вообще, ему и у костра есть чем поживиться, они трупами не брезгуют.

Мне показалось, но вдалеке и вправду будто раздалось испуганное ржание. Раздалось и внезапно смолкло.

— Что за тварь? — спросил я, чуть притормаживая лошадь, чтобы та не навернулась на кочках, — Всплеснувший волк? Медведь?

— Всплеснувший, да не всплеснувший… Иногда Омуты выплёскивают не только ярь, но и живых существ из другого мира.