|
— Я положил вторую монетку, не так ли, в твою коробку? — спросил я. — Да, господин. — Принимайся за дело. — Да, господин, — ответила она и, нагнувшись вперед, легла на меня. Я почувствовал ее сладкие губы, и маленькие зубы, и язык на моем теле. Несколько мгновений спустя я приказал ей лечь на спину. * * * Она лежала рядом со мной. Затем я подтянул ее за цепь поближе к себе и бросил еще одну монетку в маленький металлический ящик. Она поцеловала меня. — Еще раз, господин? — спросила она. Я взял ее за руки и бросил под себя. — Знаешь ли ты название этой улицы? — спросил я. — Улица Извивающейся Рабыни, — ответила она. — Извивайся, рабыня! — Да, господин. * * * Прошел еще один час. Она лежала рядом со мной, мягко прижимаясь всем телом, целуя мою руку, плечо и грудь покорно, нежно. — Очень хорошо, — сказал я. — О да, господин, — выдохнула она. — Да, да, господин! Затем она снова была подо мной, и я посмотрел в ее глаза. — Да, господин, — проговорила она. — Да, да, да, господин! Я приготовился снова овладеть ею, когда внезапно увидел страх в ее глазах. — О нет, господин! — закричала она. — Нет! Нет! — В чем дело? — спросил я. — Монета! — воскликнула она в отчаянии. — Монета. Ты не заплатил! Я улыбнулся. — Я монетная девушка, — отчаянно закричала она. — Мной нельзя владеть без монеты! — О! — протянул я. — Пожалуйста, — взмолилась она. — Пожалуйста, заплати монету! — Ты умоляешь об этом? — Да, господин, — проговорила она. — Да, господин! — Очень хорошо, — сказал я и положил следующую монетку в коробку для денег. — Спасибо тебе, господин, — выдохнула она, протягивая мне губы. — Теперь возьми меня, возьми меня, возьми меня! — Очень хорошо. * * * — Скоро рассвет, — заметил я. — Да, господин, — прошептала она тихо, испуганно. — Мы должны подумать о твоем возвращении к хозяину, — проговорил я. — О, пожалуйста, господин, не сейчас, — взмолилась она. — Позволь мне побыть с тобою еще хотя бы совсем немного. — Хорошо, — согласился я, — может быть, секундочку. — Я никогда не захочу покинуть тебя, — призналась она и схватилась за меня. — Кому ты принадлежишь? — спросил я. — Не знаю, — проговорила она, — без сомнения, какому-то содержателю монетных девушек. Меня отдали ему при дележке добычи, захваченной во владениях Поликрата. — Как он выглядит, твой хозяин? — Я не знаю, — сказала она. — Я ни разу в жизни не видела его. |
