– Да со всеми, – улыбнулся Орин. – Ну или он со всеми накоротке, но близких друзей, как мне известно, у него нет. Он ни с кем не встречается, насколько я знаю. Мы тут не старомодны – без разницы, кто с кем спит, если это законно, участвуют взрослые люди и все по согласию. Никто особенно не скрывается. Но при всем при этом я не слышал, чтобы Рэнди был с кем-то в отношениях. Хоть с кем.

– Он захаживает в бар после работы? Или ходит на занятия в клуб?

– Тоже не слышал. Не помню, чтобы видел его где-нибудь вне магазина. Вообще об этом не задумывался. У него прекрасно получается управлять магазином, а для этого нужно очень много работать. Если бы и задался таким вопросом – хотя мне это и в голову не приходило, – решил бы, что дома ему просто хочется отдохнуть от всех.

Убраться из крысиных бегов.

– Ладно, может, и так, может, девочки и мертвое тело не имеют к нему отношения. Тут в лесах полно таких домов. Но откуда тогда взялись девочки? Где-то кто-то должен о них знать?

– Не факт, – ответил Орин. – Бывает, детей рожают вдали от цивилизации, и никаких записей не остается. Так случается.

До приезда в Бенедикт – место, где нужно было куда-то ехать, просто чтобы подключиться к интернету и сотовой связи, – я не задумывалась о том, что в моей родной стране остались такие первозданные уголки. Даже привычные мне леса штата Миссури были прочнее связаны с миром, чем Бенедикт.

Но не только Бенедикт. Вся Аляска была совершенно ни на что не похожа.

– Ноутбук можно? – спросил Орин, выпрямившись на стуле. – Для тщательного поиска мне нужен мой личный компьютер, а на скорую руку подойдет и твой.

Я быстренько проверила, что почта закрыта, и протянула ему ноутбук.

– Что конкретно будешь искать? – я пододвинула к нему свой стул.

– Начну с пропавших без вести женщин и девочек и дальше пойду по ним. – Его пальцы запорхали над клавиатурой.

В благоговейном молчании я смотрела, как набранные команды уводили нас в такие дали, куда я никогда не сумела бы добраться.

– Ты учился на библиотекаря? – я задавала Орину миллион вопросов, но этот раньше не приходил мне в голову.

У него дернулся уголок рта.

– Что-то в этом духе. Неформально меня учили среди прочего и таким вещам. Правда, только библиотекари и смогут за мной угнаться. – Он набрал еще пару команд. – Свежих данных о пропавших женщинах нет – но ты говорила, ее нашли замерзшей. В этом виде она могла долго пролежать.

– И мне так показалось.

– Ясно. Давай посмотрим сюда. – Он открыл какой-то сайт. Заголовок гласил: «Бенедикт, Аляска: при пожаре погибли двухлетние девочки-близнецы, найдено только одно тело».

– Боже, какой ужас!

– Теперь припоминаю, – рассеянно сказал Орин, пока мы читали репортаж. – Это случилось прямо перед моим приездом, может, за месяц или два. Я еще жил в Анкоридже, но этот случай помню.

Короткая заметка вышла в «Эмпайр», ежедневной газете Джуно, шесть с половиной лет тому назад.

Тем летом на окраине Бенедикта сгорел дом. Такое иногда случалось – как из-за молний, так и потому, что огнем часто обогревали и освещали дома. На Аляске бывали и лесные пожары. В заметке, как ни странно, центральное место уделили тому, что огонь был локализован в доме и дальше не распространился, а потом как бы походя упомянули, что нашли тело только одной девочки. Никаких намеков на то, куда девалась вторая.

– Тело могло сгореть дотла? – спросила я.

– Думаю, что могло, – ответил Орин. – Но что-то тут нечисто. Они должны были найти останки. Знаешь, Бет, наши власти бывают не особо компетентны. Вполне вероятно, что им не хватило опыта – или просто поленились все тщательно расследовать.