«Всё-таки хороший  у меня друг», – как-то не к месту посетила меня в ту минуту такая вот нелепая,  сентиментальная мысль. Видимо, в очередной раз «шестое чувство» подсказало, что  впереди нас с ним ждут солидные перемены. И в очередной раз я отогнал от себя  неприятную мысль, отказываясь прислушаться к интуиции.

Несмотря на  небольшие размеры озерца, вода в нём была жутко холодной. Костюм оказался вовсе  не водонепроницаемым, и жёлтая жижа потоком хлынула мне за пазуху, обжигая  изнутри как лёд. Дыхание перехватило. Я уж хотел выбираться назад, но через  несколько секунд почувствовал, как от температуры собственного тела жидкость  под костюмом начинает постепенно прогреваться. Как оказалось, неопреновый  костюм работал по принципу термоса, и через пару минут я уже чувствовал себя  достаточно комфортно, болтаясь поплавком на поверхности глубокой лужи.

– Ну и чего ты  не ныряешь? – не выдержав затянувшейся паузы, возмутился Вовка.

Я вытащил изо  рта загубник:

– К холоду  привыкал. Вода – лёд!

– Ты так весь  воздух в баллоне используешь. Давай вниз уже!

Я согласно  кивнул, перевернулся вниз лицом и попытался нырнуть, отчаянно барахтая ластами  по поверхности воды. Голова погрузилась, но пятая точка, не смотря на все мои  отчаянные попытки, никак не хотела идти под воду! Я в недоумении поднял голову  над водой и посмотрел на берег. Там, корчась в конвульсиях, катался по траве  мой бессовестный друг. Истерика продолжалась довольно долго. С трудом  успокоившись и утерев выступившие слёзы, он, наконец, снова обратил на меня  внимание. «Ах, так?! Ну, гад, получай!», – подумал я, и ещё несколько раз  повторил свои кувыркания, добивая, обессилевшего от смеха, Вовку. И пока тот,  держась за живот, бился в истерике, я спокойно подплыл к берегу.

– Блин, не  пойму как эти водолазы ныряют! Я в этом костюме как пенопласт – не тону никак.

– Ну, ты и  село, Серый, – продолжая хохотать, выдавливал из себя слово за словом мой друг,  – А ремень с грузилами ты накой чёрт с собой привёз?

– Во гад! Чё ж  ты мне не напомнил-то, умник?

– Да я и сам о  них забыл!

С трудом выбравшись  на крутой берег, я нацепил принесённый Вовкой из багажника пояс, тем самым  увеличив собственный вес килограмм на пятнадцать, и дальнейшее погружение пошло  как по маслу. Опустившись на полметра и глядя сквозь толщу воды на поверхность,  сделал первый вдох под водой. Инстинкт самосохранения настойчиво требовал  сделать взмах ластами и пулей вылететь наружу в привычную атмосферу, однако я  старался не поддаваться панике, прекрасно осознавая всю рациональность  происходящего и контролируя бурлящие эмоции. Во время вдохов по воде  распространялся шипяще-свистящий звук и эхом отражался от стен воронки. Воздух  подавался в лёгкие довольно легко и в необходимом мне количестве. Это  успокаивало. Выдох – из лёгочника пошли первые пузыри и очень громко бурля,  поднялись к поверхности. Вроде работает!

Немного  освоившись, я продолжил спуск, однако через несколько метров почувствовал  странную боль в ушах, как при подъёме или спуске на горных перевалах, только  значительно сильнее. Вовремя вспомнив страшную формулировку «баротравма уха» и  методы борьбы с сим неприятным недугом, зажал нос и сглотнул. Послышался  характерный щелчок где-то в голове и неприятное ощущение тут же исчезло.

Видимость была  практически нулевой и, не смотря на ясный и солнечный день на поверхности, с каждым  следующим метром становилось всё темнее. Также, внизу было значительно  холоднее, чем на поверхности и, даже не смотря на костюм, меня начал бить лёгкий  озноб.