— Постоянные тренировки и пара порезанных пальцев, — усмехнулся я. — Разогреваем сковороду. Сильно. До дымка.

Плеснул масла на раскалённую поверхность. Бросил туда курицу.

Пш-ш-ш!

Раздалось громкое шипение. Масло брызнуло во все стороны. Света с визгом отпрыгнула, прикрываясь руками.

— Ой! Оно нападает! — воскликнула она, выглядывая из-за моего плеча.

— Спокойно, — я ловко перемешал мясо. — Это не нападение. Это готовка. Слышишь, как шипит? Влага уходит, корочка схватывается. Сок остаётся внутри.

Аромат жареной курицы поплыл по номеру, смешиваясь с запахом чеснока и имбиря. Просто, но есть захотелось зверски. Животы у нас обоих предательски заурчали.

Когда кусочки стали золотистыми, я вылил в сковороду наш самодельный соус.

Пш-ш-ш! — звук стал тише, гуще.

Чёрная жидкость забурлила, обволакивая каждый кусочек блестящей глазурью. Запах изменился мгновенно. Ушла простота жареного мяса, появилась глубина, сладость, острота. Пахло дорогим рестораном, а не гостиничным номером.

Я быстро перемешал, давая соусу загустеть, и выложил курицу на тарелку. Она блестела, как лакированная.

— А теперь гарнир, — я не давал Свете расслабиться. — В ту же сковороду, не мой её! Там весь вкус остался.

Я бросил в масло нарезанный Светой перец и остатки лука. Быстро обжарил, сдвинул овощи в сторону и разбил туда яйцо. Как только белок схватился, я всё перемешал в пёструю кашу и вывалил туда готовый рис.

— Мы завтра это будем в эфире готовить? — спросила Света, глядя на сковороду. — Запах сумасшедший. Но… Игорь, я тут подумала. А если у людей нет такого «эликсира»? Мы покажем им вкуснятину, а они повторить не смогут. Злиться будут.

Я усмехнулся, продолжая мешать рис, чтобы он пропитался маслом.

— В этом и весь фокус, Света. Мы не просто дадим рецепт. Мы дадим им ключ.

Я повернулся к ней.

— Мы возьмём обычное средство от ревматизма, которое стоит копейки. Настойку для желудка, которую пьют старики. И на глазах у всей страны превратим эти скучные лекарства в еду.

Света задумалась.

— То есть… мы покажем, что вкусно есть — это не только для богатых?

— Именно! — кивнул я. — Мы покажем, что магия не в бутылках от Алиевых. Не в «Поцелуе Солнца». Магия — вот здесь. В руках. В голове. Мы покажем людям, что они сами могут делать чудеса на кухне. Это и есть революция.

В глазах Светы загорелся азартный огонёк. Она поняла.

— А теперь — финал! — объявил я.

Вернул курицу в сковороду к рису. Всё смешалось: золотистое мясо, белый рис, красный перец, жёлтые кусочки яйца. Выглядело ярко, празднично.

Я взялся за ручку сковороды. Тяжёлая, зараза, но рука помнила движения.

— Смотри.

Резкое движение кистью от себя и вверх. Содержимое сковороды взлетело единой волной, перевернулось и послушно легло обратно. Ни зёрнышка мимо. Ещё раз. И ещё. Рис и мясо прыгали, как живые.

Света ахнула, прикрыв рот ладонью.

— Обалдеть… — выдохнула она. — Как в цирке!

— Лучше, — улыбнулся я, выключая плиту. — В цирке ты просто смотришь. А здесь мы сейчас будем есть.

Глава 24

Я снял сковороду с плитки. Рис пропитался соусом, стал золотистым и блестящим. Достал тарелки. Выложил горкой рис. Сверху — кусочки курицы в густой глазури. Яркие пятна перца, желток. Посыпал всё зелёным луком.

Запах ударил в нос. Свежий, резкий аромат лука смешался с пряностью чеснока и сладостью.