— Красиво говоришь, повар, — выдохнула она. — Почти как политик. Но я тебе верю.

* * *

Света ввалилась в мой номер через полчаса после нас.

У неё есть ключ? И почему я не удивляюсь таким поворотам?

Её идеальная укладка слегка растрепалась, глаза покраснели от мониторов, но на губах играла довольная улыбка.

— Я сейчас умру, — сообщила она с порога, скидывая туфли. — Или усну. Или съем слона. Порядок действий выберите сами.

— Слона нет, — отозвался я от плиты. — Есть курица. Точнее, её запчасти.

Я кивнул на стол, где лежала гора куриных крыльев. Самый дешёвый, бросовый продукт, который в этом мире считался едой для бедняков или закуской в портовых кабаках.

— Крылья? — Света скептически подняла бровь, падая в кресло. — Белославов, мы вчера ужинали с князем. Ты понижаешь планку.

— Я меняю правила игры, — парировал я. — Вероника, подай мне ту склянку.

Вероника, сидевшая на подоконнике с бокалом вина, протянула мне пузатую бутылочку с тёмной жидкостью.

— Ты собираешься нас лечить? — усмехнулась ведьма. — Это же аптечная гадость. Солёная и горькая.

— Смотри, — я откупорил бутылку. — Это жидкое золото, которое местные дураки используют совсем не по назначению.

Я плеснул щедрую порцию соевого соуса в миску. Добавил туда ложку мёда, выдавил пару зубчиков чеснока и натёр корень имбиря.

— Чуть-чуть смекалки, — прокомментировал я, размешивая смесь венчиком. — И на огонь.

Запах поплыл по номеру мгновенно. Аромат, от которого рот наполнялся слюной быстрее, чем мозг успевал сообразить, что происходит. Солёный, сладкий, пряный, чесночный дух ударил в ноздри.

Я быстренько слил терияки в миску и промыл сковороду. После вернул её на плиту и плеснул масла.

— Всё гениальное — просто, — пробормотал я, вываливая крылья на чистую раскалённую сковороду.

Мясо зашипело. Я обжарил их до золотистой корочки, а затем влил соус. Жидкость забурлила, начала густеть на глазах, обволакивая каждый кусочек глянцевой глазурью. Сахар в мёде карамелизовался, превращая простые крылья в лакированные деликатесы.

— Готово, — объявил я через десять минут, выкладывая горку дымящегося мяса на большое блюдо. — Налетайте. Приборов не дам. Это едят руками.

Света подошла первой. Она осторожно взяла одно крылышко, подула и откусила.

Её глаза расширились. Очки сползли на нос.

— Ох… — только и смогла выдать она.

Она вгрызлась в мясо уже без всякого стеснения. Липкий соус остался у неё на губах, на пальцах, но ей было всё равно.

Вероника, более сдержанная в эмоциях, попробовала кусочек деликатно, как кошка. Но уже через секунду она облизывала пальцы с не меньшим энтузиазмом.

— Игорь, — пробормотала она с набитым ртом. — Это незаконно. Ты взял лекарство от живота и превратил его в… это. Что ты туда добавил? Приворотное зелье?

— Физика и химия, — усмехнулся я, беря крыло себе. — Баланс вкусов. Солёное гасит сладкое, кислое оттеняет жирное. Это называется «терияки», дамы. Света уже видела, но для тебя, Ника, это в новинку, смею полагать.

Мы ели молча, урча от удовольствия. В этот момент не существовало ни графов, ни рейтингов, ни проблем. Была только еда — простая, честная и невероятно вкусная.

Вероника вытерла руки салфеткой, откинулась на спинку кресла и посмотрела на меня мутным от сытости взглядом.