Принц всегда был скор на расправу.

– Смешно, да? – рявкнул он.

Рай, уже не улыбаясь, прижался к стене и, кажется, извинялся – кто его знает за что. Принц слушать не стал – он ударил.

Я видел такое, бывало, часто: некоторым лордам, чтобы выместить злость, нужно кого-то избить. Тогда им сразу становится легче. Раньше мне это казалось нормальным. Это тоже служба: даже быть подушкой для битья. За это нам тоже платят.

Но, наверное, Шериада была права, когда говорила, что после первого колдовства ты меняешься. Или я прожил, играя роль лорда, слишком долго.

Остаток лестницы я буквально пролетел – и схватил Его Высочество за руку.

– Прекратите!

Это было немыслимо. Дамир знал меня спутником. А спутники, по мнению принца, были достойны только того, чтобы целовать его туфли. Так что он уставился на меня налитыми кровью глазами и выдохнул, глядя, как моя рука тянется к кинжалу на поясе:

– Да как ты смеешь? Что, рискнешь ударить принца? Уже представляешь свою голову на пике, шлюха? А ты представь.

«Мама, Тина, Рай… Он все-таки принц», – пронеслось в моей голове.

Моя рука медленно разжалась. Я отпустил рукоять кинжала и отошел на шаг.

– Ваше Высочество, пожалуйста…

Тогда он ударил и меня. Я даже закрыться не успел.

– Еще спутники мне не указывали! Куда катится мир! – Бить ему нравилось, это читалось на его лице. Я оттолкнул Рая к вытаращившемуся на нас Ори и попытался закрыться. А принц злобно улыбался, замахиваясь: – С ума вы все тут посходили? Ничего, я покажу, кто…

И тут он получил удар в челюсть, а на стену брызнула кровь…

Я осторожно поднял взгляд.

Мастер Рэйвен ударил принца еще раз, потом посмотрел на меня:

– Так я тебя учу? Какой-то идиот будет тебя бить, а ты даже в ответ не ударишь? Да, мальчик мой, в Нуклии тебя съедят.

Тут Дамир опомнился. Он прижал ладонь к носу, потом посмотрел на кровь. И повторил – на этот раз очень удивленно:

– Как вы смеете! Я же принц!

– Не знаю, что ты говоришь, – сказал ему Рэйвен по-нуклийски. – Но мне плевать. Моих учеников у меня на глазах бить не будет никто.

– Это мой кузен, – раздался голос Шериады. Она стояла в дверях библиотеки и говорила по-нуклийски. – Что вы тут устроили?

– Кузен, госпожа? – переспросил Рэйвен. – Тогда конечно!

И врезал принцу еще раз – от души.

Я не выдержал и засмеялся – смеялся долго, пока не стало легче. Рай удивленно смотрел то на меня, то на мастера, то на принцессу.

– Любимый кузен, – Шериада улыбнулась:

– Ах, любимый! – Рэйвен врезал принцу еще раз. – Госпожа, а тебе его кровь, случайно, не нужна? Кажется, я разбил твоему любимому кузену нос.

– Его кровь – моя кровь… – задумчиво протянула принцесса. – А что – хорошая мысль. Давай его сюда.

Рэйвен пнул стонущего Дамира к Шериаде, та поймала принца, втолкнула в библиотеку и захлопнула дверь.

Мастер повернулся ко мне:

– Кто бы он ни был – всегда бей в ответ. Ясно? Только так ты выживешь в Арлиссе. Там будет полно принцев и всяких там лордов. Всегда. Бей. Понимаешь?

– Да, мастер, – вздохнул я.

Рэйвен мрачно посмотрел на меня:

– А чтобы ты лучше запомнил – завтра на пробежке сделаешь двадцать кругов вместо десяти.

– Конечно, мастер.

– Хоть бы раз поспорил, – проворчал Рэйвен. – Хорош волшебник!

Ори потом принес ко мне в комнату флакончик зеленоватого крема вместе с запиской от принцессы.