— Трагедия. Его обвинили в убийстве друзей. Суд длился год, но в итоге оправдали — слишком много нестыковок в деле. Однако репутация была разрушена.

— И что с ним сейчас?

— Покончил с собой два года назад. Не выдержал давления, подозрений, чувства вины.

Михаил закрыл глаза. Еще одна жертва убийцы, хотя и непрямая. Ларс Ольссон умер не от рук маньяка, а от равнодушия общества, которое не смогло поверить в его невиновность.

— У меня есть контакты его семьи, — добавил Лунд. — Если хотите узнать больше подробностей.

— Да, пожалуйста.

Лунд написал адрес и телефон на листке бумаги.

— Его сестра, Астрид Ольссон. Живет в Стокгольме, работает журналистом. Она вела собственное расследование, пытаясь очистить память брата.

— Она нашла что-нибудь?

— Не знаю. Но она единственная, кто не поверил в вину Ларса с самого начала.

Михаил изучил еще несколько документов из папки. Особенно его заинтересовала схема расположения тел и символов.

— Профессор, эти символы на камнях — что они означают?

Лунд надел очки и внимательно рассмотрел схему.

— Это… это очень странно. Символы не случайны, они образуют последовательность.

— Какую?

— Если читать их по часовой стрелке, получается что-то вроде заклинания или молитвы. На древнескандинавском языке.

— Вы можете перевести?

— Приблизительно. "Великие предки, примите жертву. Пусть осквернители будут наказаны. Пусть древние тайны останутся сокрытыми."

Михаил почувствовал, как волосы встают дыбом. Убийца действительно считал свои преступления религиозными ритуалами.

— Но самое странное не это, — продолжал Лунд. — Самое странное — что подобных текстов не существовало в древности.

— То есть?

— Кто-то сочинил эти "заклинания" в наше время, используя древний язык и символику. Это стилизация под архаику, но не подлинная архаика.

— Получается, убийца создал собственную мифологию?

— Именно. И что особенно тревожно — Кажется, он в нее искренне верит.

После встречи с Лундом Михаил связался с Астрид Ольссон. Сестра погибшего студента согласилась встретиться и рассказать о своих находках.

— Приезжайте в Стокгольм, — сказала она по телефону. — У меня есть материалы, которые полиция проигнорировала. И фотографии, которые Ларс сделал незадолго до трагедии.

Михаил почувствовал прилив надежды. Возможно, у них есть изображение убийцы.

Перелет в Стокгольм занял два часа. Астрид Ольссон встретила его в аэропорту — женщина лет тридцати пяти с решительным лицом журналиста-расследователя и печальными глазами старшей сестры, потерявшей младшего брата. На ее шее висел медальон — Михаил позже узнает, что внутри фотография Ларса в день поступления в университет. Она была похожа на брата — те же светлые волосы, тот же упрямый подбородок.

— Спасибо, что приехали, — сказала она, когда они сели в машину. — Я много читала о вашем деле. Очень похоже на то, что случилось с Ларсом. Для меня это расследование стало делом жизни. Я бросила работу в крупной газете ради этого расследования. Коллеги считали меня сумасшедшей. Но как я могла писать о чужих трагедиях, когда не могла разобраться в своей? Ларс был не просто братом — после смерти родителей мы остались вдвоем против всего мира. Я должна была его защитить, а вместо этого…

— Расскажите о вашем расследовании.

— Я потратила три года, изучая каждую деталь дела. Опрашивала свидетелей, которых полиция проигнорировала.