– Так уж вышло, – ответил Регин, – что напавший на нас бандит усвоил этот конкретный урок в тот самый день. Он попытался сбежать с нашими мехами, но поскольку у него не было того самого напарника, о коем вы говорите, леди Сиф, он не смог помешать отцу атаковать его в отместку. Но бандит оказался хорошо вооружен – меч гораздо более действенное оружие, чем разделочный нож. Мы были настолько поглощены горем, что позволили мерзавцу уйти, ведь в тот момент нас заботило только желание оказаться подле нашего отца в последние мгновения его жизни.

Хелена поджала губы.

– Мне так жаль.

Сиф, однако, ничего не сказала, мысленно готовясь к следующей части рассказа Регина. Слишком много историй о превращении людей в монстров начинались с горя по умершему близкому.

– Мы вернули тело отца в Настронд и похоронили согласно обычаям, – продолжил Регин. – В тот день мы с Отером поклялись во что бы то ни стало выследить этого бандита и отомстить ему. Много месяцев мы искали разбойника, унесшего жизнь нашего отца, в Настронде, Варинхейме и Гандерсхейме.

Хильде настолько захватила история Регина, что она в прямом смысле не могла спокойно сидеть.

– Вы нашли его?

– В конечном итоге, Хильде, да, мы нашли его, но к тому моменту успели потратить все деньги. Наше дело было достаточно успешным, чтобы поддерживать нас на плаву, когда мы все трое работали, но после смерти отца мы с Отером забросили торговлю мехами ради мести. К тому моменту, когда мы выследили разбойника до хижины, спрятанной глубоко в лесу Норнов, все наши сбережения иссякли. Мы в прямом смысле жили на подножном корме – замерзшие, голодные, жалкие и мыслившие исключительно о мести.

– Должно быть, вы очень любили своего отца, – заметила Хильде.

– Да, – согласился Регин, – но дело не только в этом. Мы всегда помогали отцу и делали то, что он нам велел. Потеряв отца, мы лишились путеводной звезды, лишились его мудрости. Будучи сыновьями Хрейдмара, мы всегда выполняли его волю. Месть оказалась единственным, что у нас оставалось. Так что к хижине глубоко в лесу в тот день подошла пара тощих, угрюмых, отчаявшихся, голодных мужчин.

– Разбойник был один? – спросила Сиф.

Регин кивнул.

– И когда мы ворвались внутрь, мы узнали почему. В хижине мы увидели только тюфяк. Больше никакой мебели – для нее попросту не оставалось места. Все остальное пространство было забито золотом и драгоценностями. Мы никогда не видели ничего подобного. Войдя внутрь, мы с Отером словно окаменели – опустили мечи и уставились на все это богатство с открытыми ртами.

Бандит увидел нас. «Вы кто такие?» – спросил он. «Я Отер, – представился мой брат, – а это мой брат, Регин. Мы пришли, чтобы отомстить тебе, ибо ты забрал жизнь отца нашего, Хрейдмара». «Я забрал?» – бандит казался удивленным. «Ты подстерег нас на дороге в Гандерсхейм и попытался ограбить! – в гневе воскликнул я. – А когда наш отец встал у тебя на пути, ты его убил!» Бандит лишь плечами пожал: «Если все было так, как вы говорите, я не буду с вами спорить. Я подстерег много путников на дороге, о которой вы говорите, и, уверен, многих убил».

Сиф нахмурилась:

– Он что, даже не попытался сразиться с вами?

– Нет, моя леди, не попытался. Я замешкался, а вот Отер был непреклонен. Он поднял меч и немедля, без лишних слов, сразил бандита.

Хильде вздрогнула.

А Сиф изогнула бровь:

– Однако складывается впечатление, что ваши финансовые трудности неожиданным образом разрешились.