Запах. Вот что первое ударило в нос, как только переступил порог. Смесь кислого кваса, пива, табачного дыма, пота и ещё чего-то тяжёлого и неприятного заставило брезгливо поморщиться.

Воздух был густым, пропитанным не только запахами, но и звуками. Глухой гул голосов, перемежающийся с резкими выкриками картёжников, пьяным смехом и визгами проституток давил на уши. Где-то в углу, надрываясь, играла гармонь в руках неумелого музыканта.

Посетители тоже были частью этого мрачного пейзажа, словно вылепленные из той же глины, что и стены кабака. Лица, изборождённые морщинами не столько возрастом, сколько тяжёлой болезнью, постоянной борьбой за выживание. Глаза потухшие, без блеска или, наоборот, горящие лихорадочным наркотическим огнём.

Да уж, «хорошее» местечко выбрал полковник! Издевается надо мной, что ли?

Самого Юрия Евдокимовича я увидел не сразу. Он в уже привычном образе извозчика сидел в полутёмном углу и лакал из большой глиняной кружки местное пойло, которое закусывал вяленой воблой. Отважный человек! Я даже дышать тут боюсь, не то столоваться!

— В следующий раз закажите столик в «Метрополе» или «Медведе», — подсев к нему, не поздоровавшись, произнёс я. — Или полковничье жалованье не позволяет?

— Да ты, Родя, совсем барчуком стал, — усмехнулся Краснов. — Запомни на будущее: только в таких местах и можно поговорить нормально, не привлекая к себе внимания. Контингент тут соответствующий и любого шпика вмиг вычислит.

— Ага. А замначальника всей столичной жандармерии, значит, для них невидимка?

— Опыт, батенька. Он и не в такую задницу мира засунет, а потом без проблем выведет обратно на свет божий. Ты чего опять надумал?

— Хотите завербовать княжича Хаванского?

— Чего⁈ — аж поперхнулся от моих слов полковник.

— Говорю: в оборот Хаванского взять не хотите?

— Хочу, но не буду. И тебе не советую. Не тронь это великосветское дерьмо, а то потом не только руки, но и физиономию долго отмывать будешь. Ромочка сразу к отцу побежит, как только намекну ему о сотрудничестве.

— Не факт, — возразил я. — Есть ощущение, что он вам ещё и благодарен будет за такое внимание.

— Ладно. Давай подробности, а я на досуге подумаю.

— Подробностей пока нет. Есть очень схематичный план. Роман Хаванский будет до такой степени скомпрометирован, что вам останется лишь прийти к нему на помощь, чтобы дело не получило огласку. Ну а дальше княжич уже будет полностью в вашем распоряжении.

— Хм… Я уже начинаю волноваться. И что же мне нужно сделать такого, чтобы Роман согласился на сотрудничество?

— Просто прибыть первым на место преступления… Точнее, на место убийства, совершённого одним очень знатным студентом. Где и когда оно будет совершено, я дам знать за несколько часов.

— Родион… Я сейчас этой кружкой тебе по физиономии заеду! — стал заводиться Краснов. — Это уже ни в какие ворота не лезет! Ты даже не с простым огнём играешь, а голову в жерло вулкана суёшь! И мою туда же затянуть хочешь? Нет!

— Понял, — вставая, с улыбкой поклонился я. — Значит, без вас справлюсь. Только потом не просите поделиться информацией от моего нового шпиона.

— А ну сядь! Шустрый какой! Ну, сам посуди. Ты предлагаешь залезть мне в дурно пахнущее дело, но не даёшь никаких объяснений. Как бы сам на моём месте поступил?

— Ну, во-первых, устроил бы встречу в более цивильном месте. Во-вторых, произвёл бы своего внештатного, но очень ценного сотрудника в фельдмаршалы.